Книга Юрист с Рублёвки. Том 2, страница 13 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

Рубин услышал всё, что хотел, и задумался. Его пальцы забарабанили по столу — но не нервно, а ритмично, как у человека, который считает.

— А участники, которые заранее заявили интерес именно к лоту номер двенадцать? — спросил он. — Если кто-то регистрировался ради этой работы и не согласен на замену, он должен иметь возможность отказаться.

— Конечно. Я предлагаю включить в протокол пункт: участника уведомляют о замене до начала торгов, после чего он вправе отозвать заявку на этот лот. Общий обеспечительный депозит при этом регулируется правилами аукциона и не превращается в задаток под конкретную работу.

Рубин замолчал, ну и я, собственно говоря, не особо торопился нарушать ход его мыслей. Терпеливо дожидался, когда он скажет хоть что-то.

— Молодой человек, — Рубин наконец заговорил. — Как давно вы работаете у моего старого друга?

— Несколько недель.

— Несколько недель, — он повторил, как будто пробовал эти слова на вкус. — Семён Борисович мне сказал, что вы — стажёр. Но стажёры обычно не говорят о репутационном ущербе спонсора и протоколах согласования.

Я не ответил. Рубин встал, подошёл к окну, постоял там, потом вернулся.

— Хорошо. Я принимаю ваше предложение. Готовьте документы. Но у меня есть условие.

— Какое?

— Вы лично присутствуете на предварительном просмотре и контролируете, чтобы всё прошло так, как вы описали. И если что-то пойдёт не так — вы решаете это на месте.

— Договорились.

— Тогда подпишите здесь, — он протянул мне лист. — Это поручение на подготовку документов и участие в переговорах по замене лота. От фонда подпишу я, Семён Борисович уже согласовал вашу работу со стороны консультации.

Я подписал поручение со своей стороны. Рубин поставил подпись от имени фонда и убрал лист в папку.

— И ещё одно, — он посмотрел на меня поверх очков. — Я слышал… от Семёна, что вы хотите попасть на субботние торги?

Ответом был короткий кивок.

— Зачем?

Я был рад, что он задал этот вопрос, а также был рад тому, что Коган сболтнул лишнего, и это сыграло мне на руку. Так что я был готов к ответу:

— Мне нужно увидеть, кто участвует, кто покупает, как устроен сам процесс — по профессиональным причинам.

— По профессиональным, — он повторил. — Хорошо. Если предварительный просмотр пройдёт без скандала, я оформлю вам персональное приглашение как член попечительского совета. Но обеспечительный депозит вы вносите самостоятельно.

— Разумеется.

Я встал, пожал ему руку:

— Лев Аркадьевич, один вопрос. Кто представляет спонсора на переговорах?

— Марина Евгеньевна Кравцова. Заместитель генерального «Гарант-Страхования». Жёсткая. Не любит неожиданностей.

— Я подготовлю всё так, чтобы неожиданностей не было.

* * *

Заключительный предварительный просмотр проходил в том же особняке на Пречистенке, но на втором этаже, в зале, который обычно использовался для выставок. Стены были белыми, без единой картины. Освещение — рассеянное, дневное, от потолочных панелей. Пол — паркет, светлый, с годовыми кольцами, которые говорили о том, что дерево было старым и дорогим. По периметру стояли витрины с лотами — каждая подписана номером, с описанием и оценкой рядом. Народу было немного: человек тридцать, может, сорок. Люди ходили вдоль витрин, рассматривали предметы, переговаривались вполголоса.