Книга Не выпускайте чудовищ из шкафа, страница 75 – Екатерина Насута

— Я поняла.

— У него не было лаборатории. Эликсиров. Трав. Амулетов. Но он каким-то образом просто изменял собак. И получались звери. Их знали в губернии. Отличные охранники. И стоили дорого. Вот… это я к чему. Что бы там он ни делал, это не будет сложно.

— Рекомендуешь попробовать?

— А ты послушаешь?

— Нет.

— Вот и думай сама.

Сказал и замолчал.

Не ушел.

Слышу, как он сопит в трубку. Ждет чего-то? Чего именно? А на часах почти два. Вставать рано. И пора бы поспать. Хотя бы немного. Но я вот тоже сижу. Молчу. Держу эту треклятую трубку.

— Жене привет, – я почти решаюсь разорвать тонкую нить связи.

— Бекшееву скажи, чтоб парня не отпускал. За ним уже отправились.

— Конечно.

И… вспомнилось предсказание. Покойник. Что ж… сам виноват. Все виноваты сами. И я тоже.

Трубку я все же положила и закрыла глаза, откинулась, представляя… а ничего не представляя. В голове было пусто, а на душе – странным образом спокойно.

Ушли гнев, раздражение.

Даже обида. Я вдруг поняла, что ее больше нет. И это тоже было неправильно. Мы ведь вместе столько лет. Разве не берегла я ее? Разве не лелеяла? Не растила бережно? А она… таяла, таяла и совсем истаяла. Нечестно!

Надо встать.

Спать лучше в кровати. Но до нее дойти бы, а не хочется.

Сказки?

Сказки, сказки… Дочь земли и воды. Одна коса черна, другая бела. Один глаз зелен, что трава весенняя, другой – синий, как вода озерная. Голос ее тих. А слово таково, что, сказанное, прорастает.

Лисица много историй знала.

Я? Какая из меня дочь… я давно уже сбежала. Из деревни. И от людей. Я ведь могла вернуться туда, пусть даже ничего-то не осталось, кроме земли, но разве самой ее мало? Я бы поставила дом. И поклонилась бы богам, ибо капище наверняка сохранилось. Сотни лет оно стояло, что ему еще каких-то пару?

Я бы подарила богам кровь.

Нашла бы мужа, как заповедано, и, может быть, тогда… Сердце сжалось. Не может. Боги не вмешиваются в дела людские без особой на то нужды.

И в богов я не верю.

Думать надо рационально. Меня ведь учили. Рациональности в том числе. И умению держаться цели, потому что хорошая собака не бросит след… никогда не бросит.

Пальцы сдавили подлокотник.

Рационально.

Так… рационально, даже если мы отыщем место, откуда Мишку скинули, то… что? Ночью шел дождь, да и по утрам тут частенько туманы случаются. Запахи обычные, если таковые и были, давно уже смыло. Собака след не возьмет.

Я?

Я тоже не сумею, хотя мои следы остаются намного дольше.

И… и что? Куда можно прийти по этому следу, если вдруг получится? К месту, где Мишку убили. Хорошо. А там? Вот нашли мы какую-никакую поляну?..

Меня все-таки повело. И сама не заметила, как провалилась в сон. А вот очнулась от солнечного света и запаха кофе.

— У тебя получится, – сказала Софья.

Она переоделась, сменив одно глухое черное платье на другое.

— Что именно? – Я подавила зевок и потянулась.

Мать моя, мышцы хрустят, и вообще чувство такое, что еще немного – и рассыплюсь. Из кресла я вывалилась на пол и уже там выгнула спину.

Одежда грязная.