Книга Навязанная жена. Несносный герцог для попаданки, страница 59 – Мария Шарикова

— Вы хотите сказать, что не помните нашей прежней жизни, потому что никогда её не проживали?

— Да.

Седрик поднялся, подошёл к камину и остановился перед ним. Я видела его профиль в свете огня и не могла угадать, что он думает. Наконец он спросил:

— А женщина, на которой я женился?

Вот этого вопроса я боялась больше всего.

— Не знаю, - ответила я. - Я думаю, она умерла после отравления, а я каким-то образом оказалась на её месте. Но доказать этого не могу. Возможно, произошло что-то, чего я сама не понимаю. Я знаю лишь, что помню собственную жизнь и почти ничего из её прошлого.

Он повернулся ко мне.

— Вы говорите о моей жене как о посторонней женщине.

— Потому что в каком-то смысле она для меня посторонняя. Но я живу в её теле, ношу её имя и разбираюсь с последствиями её поступков. Мне не легче от этого, поверьте.

Седрик медленно провёл ладонью по лицу. Я ждала, что он рассердится, велит позвать врача или начнёт расспрашивать о том, кто научил меня такой необыкновенной лжи. Вместо этого он вернулся к креслу, но не сел.

— Почему вы решили рассказать мне сейчас?

— Потому что вы начали мне доверять. И потому что я больше не хочу отвечать ложью на каждый ваш вопрос о прошлом. Вчера вы сказали, что выслушаете меня, даже если мои слова покажутся невозможными. Я решила проверить, насколько вы были искренни.

— Жестокий способ проверки.

— Согласна.

Он сел напротив, и несколько минут мы молчали. В камине осело полено; из коридора донёсся далёкий бой часов. Я уже почти убедила себя, что он попросит меня уйти, когда Седрик заговорил:

— Вы помните, как однажды поправили управляющего, который ошибся в подсчётах?

— Да.

— Вы тогда объяснили, что прежде часто имели дело с цифрами. Я счёл это очередной вашей выдумкой. Потом вы знали вещи, которым никто в вашем окружении не мог вас научить, и не знали того, что помнила бы любая женщина, прожившая в этом доме несколько лет. Я замечал это. Но всякий раз находил объяснение, которое казалось мне менее невероятным, чем ваше нынешнее.

— Значит, вы мне верите?

— Я ещё не знаю, во что именно могу поверить, - ответил он. - Но я вижу, что вы сами убеждены в правдивости своих слов. И я не стану называть вас лгуньей только потому, что не понимаю происходящего.

У меня перехватило горло. Я так долго готовилась к его гневу, что оказалась совершенно беззащитна перед осторожной добротой.

— Спасибо, - сказала я.

— Не благодарите прежде времени. У меня множество вопросов.

— Я этого и ожидала.

— Начнём с самого простого. В вашем мире тоже существуют герцоги?

Я невольно рассмеялась. Седрик поднял бровь.

— Простите. Просто из всех вопросов я ожидала этот в последнюю очередь. Да, существуют. Но их власть совсем не такая, как здесь, а большинство людей живёт без малейшего интереса к родословным.

— Неприятное будущее для некоторых моих знакомых.

— Для вас тоже, милорд. Вам пришлось бы завоёвывать уважение без помощи титула.

— По вашему мнению, я не справился бы?

— По моему мнению, вы бы очень возмущались первые несколько дней, а затем заставили бы всех работать по вашим правилам.

Он улыбнулся, и от этого стало немного легче дышать. Седрик расспрашивал о моём доме, о книгах, об учёбе, о том, как люди путешествуют и передают сообщения. Я отвечала, стараясь не превращать рассказ в лекцию. Некоторые вещи казались ему невероятными, и он открыто говорил об этом, но не насмехался. Когда я объяснила, что в моём времени женщины могут самостоятельно выбирать профессию, он лишь заметил, что теперь лучше понимает моё отношение к распоряжениям.