Книга Рождественские тайны книжного магазинчика, страница 25 – Коллектив авторов, Отто Пензлер

— Прости, Бикс… Так что ты там говорил?

— Что, черт возьми, только что у тебя там произошло, старина?

— Обычное приветствие по случаю возвращения домой… Собака моего кузена страдает приступами амнезии, – объяснил Руф. – Так что стряслось на сей раз?

— Мне тут звонила тетя Джейн из «Югенд хаус» – сразу после того, как я вернулся с нашего…

— Вот тебе и еще одна причина, по которой я бьюсь как рыба об лед в литературном мире! Когда приходится иметь дело с редакторшей, которая требует называть ее тетя Джейн.

— Такова уже политика «Югенд», поскольку они занимаются детскими книгами и тому подобным, – напомнил его агент. – Их генеральный директор, дядя Боб, как-то говорил мне, что только…

— И чего теперь хочет эта старая надутая овца? – Руф направился к диванчику, приглядывая за глухо ворчащей псиной, и осторожно присел на него.

— Она не слишком-то довольна рукописью, которую мы только что сдали, – «Тайна старого жуткого дома с привидениями».

— Чем конкретно?

— Тетя Джейн считает, что образы тройняшек в этом сюжете не слишком хорошо прописаны. Эти ребятки кажутся слишком похожими.

— Так и должно быть, Бикс… Они же тройняшки!

— Скажи об этом своему редактору. Она считает, что Дон и Дин постоянно отпускают точно такие же глубокомысленные замечания, как и их сестра Дора.

Продолжая вполглаза присматривать за псом, который сидел на прежнем месте, все так же недобро поглядывая на него, Руф вздохнул и сказал:

— Ладно, хорошо… Я гляну на рукопись и посмотрю, что там можно сделать. А как тетя Джейн относится к мысли увеличить сумму аванса, когда мы подпишем договор на следующие три книги про тройняшек Диббл?

Ответом ему было лишь молчание.

— Бикс?

— Только не кипятись, Руф, старина, но… В общем, не исключено, что еще трех уже не будет.

— Блин, да почему? Продажи…

— Падают. Вообще-то упали ниже плинтуса.

— Я плачу алименты сразу двум бывшим женам, Бикс! Разве ты не можешь как-то…

— Как раз это я и пытаюсь тебе втолковать, старина. Я почти убедил ее подписать договор еще хотя бы на одну.

— Хорошо, эти семь с половиной тысяч долларов будут только кстати.

Опять молчание с манхэттенской стороны.

— Бикс?

— Тетя Джейн говорит, что они не могут выделить больше пяти тысяч ни на какие другие твои книги.

— Пять штук? Черт, да я могу заработать больше, орудуя вилкой для гамбургеров!

— Может, и впрямь самое время подумать о смене профессии?

Руф глянул на старинные часы в углу.

— Попробуй поднять ставку хотя бы до шести тысяч, а? – попросил он своего агента. – А сейчас мне нужно бежать.

— Ты, часом, не связался с какой-нибудь новой психушей?

— Я веду новый курс литературного мастерства в образовательном центре для взрослых в Уиндворде, – напомнил Руф. – За тридцать два доллара в час.

— Ладно, не отчаивайся.

— Я уже за пределами отчаяния, – заверил он.

* * *

Еженедельный урок, уже пятый по счету из восьми, прошел не слишком-то гладко. Посещаемость сокращалась, и сегодня вечером в маленьком холодном полуподвальном классе появилось только двое учеников.

Тощий юнец – Руф так и не смог припомнить, как его звать – заснул сразу после устроенного в восемь перерыва, и старый мистер Деанджело, фармацевт на пенсии из Бриджпорта, уже едва сдерживался, поскольку молодой человек продолжал преспокойно храпеть, пока он зачитывал вслух первую главу своего неоконченного детективного романа.