Книга Прихоть императора, страница 72 – Елена Алексеевна Кузнецова

Но выйти пришлось. Через служанку, принёсшую завтрак, экономка передала просьбу о встрече. Отказать я не могла. Император ясно дал понять, что за здешнюю обслугу отвечаю я. Ниса Горалис меня по пустякам не беспокоила, и если обращалась — значит, без меня проблема не решается.

Я немного удивилась, что встречу экономка назначила в аптекарском огороде, но погода стояла тёплая, и мне самой захотелось выйти из стылого замка на солнце. Так что я не стала отказываться.

К моему удивлению, возле пустых грядок и облетающих кустов меня ждала не экономка, а прежняя хозяйка замка — ниса дер Рубитас, опирающаяся на руку молодой женщины, судя по виду, также принадлежавшей к благородному сословию.

Старшая из дам попыталась принести мне извинения за грубость дочери, но я не для того столько времени её избегала, чтобы выслушивать это сейчас.

— Не стоит говорить об этом, — остановила я её. — Мы все ошибаемся. Я уже всё забыла.

Не знаю, поверила ли в моё прощение старая ниса, но намёк поняла и вспоминать о неуместных словах дочери перестала.

— Ниса Эвелин, простите, что я несколько ввела вас в заблуждение и явилась на встречу вместо нисы Горалис, — извинилась старая дама. — Говорят, что вы скоро покинете замок. Отправитесь в земли графа.

Для меня это стало новостью, хотя, если подумать, то вполне ожидаемой.

— Только поэтому я и рискнула. Кроме вас, никто не сможет нам помочь, — продолжала между тем ниса дер Рубитас.

— Помочь? В чём?

— Вчера граф Финлис принёс личную клятву императору. И теперь его вассалы, если захотят, могут подтвердить свои клятвы ему, что освободит их от обязательством перед герцогом. Я хотела узнать, может ли мой сын также принести подобную клятву?

— Но ведь на нём клятва верности стратигу Тарсийской фемы?

— Да. Так и есть. Именно поэтому он не может без принесения новых клятв перейти на сторону императора.

— А он разве может принести новую магическую клятву, если она противоречит прежней?

— Но ведь граф принёс, — подала голос молодая женщина, — хотя на нём лежит клятва верности герцогу.

Я не особо вникала в то, как это получилось. Вчера мне было не до того, чтобы обдумывать, с помощью какой казуистики императору и графу удалось обойти эту сложность. Главное, что удалось. Магия, которую видели все, показала, что боги приняли клятву, и цветущий вид графа подтвердил, что его безусловный переход на сторону Империи ему никак не повредил.

Но, в отличие от меня, ниса дер Рубитас вчера обдумывала эту загадку и нашла ей объяснение.

— Герцогский род когда-то присягал прежнему императору. Гибель прошлой династии отменила клятву в той части, что касалась лично императора, но не сняла до конца обязательства рода перед Империей. Именно на это всегда ссылался граф. Клятва, принесённая непосредственно императору, перекрыла клятву герцогу, так как тот и сам остаётся вассалом империи.

Эта мысль не приходила мне в голову. Меня переполнило восхищение предусмотрительностью императора, который настоял на том, чтобы на приёме присутствовали пленные арджурцы. Успешность вчерашнего ритуала стала подтверждением того, что в глазах богов Арджурия по-прежнему часть Империи, а наш герцог — взбунтовавшийся вассал, поднявший оружие против нового сюзерена.

— Мой сын не приносил клятву герцогу. Он вассал его вассала. А значит, клятва непосредственно императору тем более ему не повредит. Он сможет верно служить императору Дагронису. Попросите императора за моего сына!