Книга Прихоть императора, страница 73 – Елена Алексеевна Кузнецова

Старая ниса упала на колени передо мной и вцепилась руками в мой плащ, словно опасалась, что я убегу. Вслед за ней на дорожку опустилась и сопровождавшая её молодая женщина.

Я с уважением смотрела на старую даму, которая сейчас делала ход конём. Если император согласится, то это не только принесёт свободу её сыну, но и возвысит род. Прямыми вассалами императора были лишь старые знатные и влиятельные семьи. И дер Рубитас встанут в один ряд с ними. Ради такого не грех и перед императорской шлюхой в пыли поваляться.

— А вы, ниса, тоже просите за кого-то? — обратилась я к молодой женщине.

— Мой муж — меченосец коменданта крепости. И если дер Рубитас принесёт клятву императору, то муж тоже станет служить ему.

— Понятно. То есть если ваш сын станет прямым вассалом императора, — вновь обратилась я к старой даме, — то все его подчинённые, если связаны клятвой непосредственно с ним, тоже получают возможность выбора между службой Империи и нейтралитетом, как граф прежде.

— Да!

— А что говорят ваши мужчины об этом?

Я помогла старой нисе встать. Молодая поднялась сама.

— Ничего. Пока на них прежняя клятва, они не могут обсуждать измену ей. Но если вы скажете, что император согласен, то обещаю, что сын будет готов.

Одна — мать. Другая — жена. Да, они сумеют убедить своих мужчин так, что те даже не заметят воздействия. Я вспомнила смешки Гайера по поводу малозначимости женщин. Если женщина не победит в прямой схватке с мужчиной, это не значит, что с ней можно не считаться. Богиня дала ей другое оружие, и эти дамы готовы им воспользоваться, чтобы спасти своих мужчин и свои семьи.

Суета слуг и другие приметы подсказывали, что скоро мы отправимся отсюда дальше. Теперь, когда фема графа Финлиса становилась дружеской территорией, вполне очевидным было решение императору перебраться туда. Потому я не стала откладывать до вечера рассказ Дамиану о просьбе здешних женщин. Ведь, может быть, судьба пленённого гарнизона решалась именно сейчас.

Через приставленного ко мне оборотня я передала императору записку с просьбой об аудиенции, и он не отказал. В комнате, куда меня пригласили, император был не один. Но и вопрос, по которому я собиралась с ним разговаривать, — не личный, так что причин его откладывать не было.

Судя по тому, что на столе стояли блюда с нарезанными мясом и сыром, фруктами и хлебом, бокалы и кувшины, в совещании сейчас был перерыв для лёгкого перекуса, потому император и решил уделить мне время.

При моём появлении граф Финлис встал, а вслед за ним поднялись и остальные мужчины, кроме, конечно, императора. Тот махнул мне рукой:

— Садитесь, Эвелин, а то им придётся стоять.

Я посмотрела, куда можно и уместно присесть, но Дамиан решил это за меня:

— Гайер, освободи место даме, а сам найди себе другой стул.

Сидевший по левую руку от императора Гайер явно не хотел покидать это почётное место и, весело улыбаясь, показывая, что шутит, сказал:

— Уверен, что ниса к нам ненадолго. Так что может сесть к тебе на колени.

Граф нахмурился, а Дамиан, похоже, решил при посторонних не раздувать скандал, а сделать вид, что не принимает всерьёз неуместный намёк, ответил:

— Это будет слишком отвлекать меня от того важного, что хочет сообщить ниса.

— Важные дела для женщин — это недошитые платья, которые придётся оставить из-за отъезда.