Книга Прихоть императора, страница 67 – Елена Алексеевна Кузнецова

Слова вассальной клятвы звучали громко и отчётливо. Чувствовалось, что Финлис не испытывает сомнений, произнося её, и даёт клятву осознанно и без принуждения.

Император внимательно слушал и, когда отзвучали последние слова, произнёс в ответ:

— Именем героев, создавших и сохранивших страну, во благо Империи Риханти принимаю твою клятву и подтверждаю твои права на земли, что получил твой род от прежних императоров.

Их по-прежнему сомкнутые руки озарились золотым сиянием, подтверждая, что магические клятвы принесены. После этого император наклонился и прикоснулся губами ко лбу графа, даря вассалу ритуальный «поцелуй мира». Поднял его с колена, и все увидели, как на месте поцелуя сияет голубая звёздочка, которая быстро словно впитывается в кожу. Я такого ни разу раньше не видела.

— Император поделился своей магией, усиливая и укрепляя дар графа, — пояснил мне на ухо Гайер. — Так может лишь истинный император, обладающий Древней кровью.

— Герцог Федр так не умеет, — признала я.

— Потому и не император, — хмыкнул Гайер.

Никто не знал, как это действует — благословение ли это богов, или особый дар императорского рода, но без такой поддержки магический дар в следующем поколении начинал слабеть, даже если оба родителя были одарёнными. Все знали, что так происходит, на примере родов, лишённых в прошлом императорской милости. Два-три поколения — и в таких семьях больше не рождались сильные маги, каким бы одарённым ни был род в прошлом. Потому и посадили на трон Риханти после пресечения династии мальчишку Дагрониса, потомка императорского бастарда. Были тогда рода могущественней и влиятельней, кто не отказался бы прибрать себе опустевший трон, вот только нужной для этого крови в них не имелось.

— Ваше Императорское Величество, — обратился тем временем граф к своему сюзерену, — мой сын говорил, что ему помогла благородная ниса. Не мог бы я узнать, кто она, и лично передать ей нашу с супругой благодарность?

Император нашёл взглядом меня и позвал:

— Ниса Эвелин, подойдите к нам.

Он не произнёс моего имени полностью, но едва я сделала шаг вперёд и Константис дер Финлис увидел меня, стало ясно, что я узнана.

Отвесив приблизившейся мне почтительный поклон, граф улыбнулся:

— Услышав от сына имя Эвелин, я почему-то сразу подумал, что речь идёт о вас, ниса. Вы повзрослели, но всё так же обворожительны, как и десять лет назад.

— Не думала, что вы вспомните, граф, одну из заурядных дам принцессы Юлианы. Тем более что тогда у вас был один свет в окошке — ниса Лария, ваша будущая супруга.

— Не скромничайте, ниса Эвелин! — вновь улыбнулся Финлис. — Вы никогда не были заурядной.

Слышать этот изящный комплимент было приятно. Я словно вернулась в юность, когда лёгкий флирт между придворными считался нормой общения и не значил ровно ничего.

— Позвольте передать вам в знак глубокой признательности за помощь сыну этот подарок от нашей семьи.

Граф протянул мне мешочек из алого шёлка с вышитым на нём гербом рода Финлис. Я невольно бросила взгляд на императора, внимательно наблюдавшего за нами. Дамиан кивнул, разрешая принять подарок.

— Благодарю вас, граф, и вашу супругу за него, — сказала я, беря мешочек в руки.

Я уже собиралась отступить, вернуться на своё место рядом с Гайером, когда Константис дер Финлис, заметивший наше переглядывание с императором, резко стал серьёзным и вновь обратился ко мне: