Онлайн книга «Над темной водой»
|
Его голос звучал натужно, почти умоляюще. Внутри же все сжималось в холодный, твердый ком. Он лгал, и он знал, что человек на том конце провода понимает, что ему лгут. Но это была игра, ритуал. Предложение сделки: ты помогаешь замять, я остаюсь в долгу. Доронин стоял, сгорбившись, его взгляд блуждал по дорогим обоям, но не видел их. Он видел лица проверяющих из Роспотребнадзора, заголовки в желтой прессе, испуганные глаза своих инвесторов. Каждая секунда молчания в трубке была мукой. Его лицо под маской деловой озабоченности было искажено внутренней яростью — яростью на мертвого Верещагина, на нелепую, дикую случайность, сорвавшую все планы, на собственную уязвимость, которая сейчас, как никогда, была выставлена напоказ. Он был буфером между миром власти и миром криминала, и оба этих мира сейчас сходились в его зале, чтобы раздавить его. Салат в тарелке начинал терять свою первозданную свежесть. Нежная зелень микрогрина чуть подвяла по краям, капельки оливкового масла слились в небольшие лужицы. Устрицы, эти серые перламутровые комочки, казались теперь не деликатесом, а чем-то чужеродным, почти неземным. Они лежали в окружении идеально нарезанного тартара, словно инопланетные яйца в гнезде из мяса. Весь этот кулинарный шедевр, стоивший как чек за скромный ужин на пятерых в обычном ресторане, превратился в натюрморт, в жертвенное подношение. Последнее, что увидели глаза Верещагина, прежде чем мир сузился до внезапной, стремительной и необъяснимой внутренней бури. На его лице не было ни ужаса, ни боли — только глубочайшее, абсолютное изумление. Удивление гения, столкнувшегося с формулой, которую он не мог распознать. Первыми, вопреки ожиданиям Доронина, приехали не медики, а полиция. Дежурный наряд в составе старшего лейтенанта и сержанта. Их появление, в потертых бронежилетах поверх синих курток, с тяжелыми сумками оперативников, резко контрастировало с бархатной роскошью зала. Они вошли неспешно, оценивающе оглядели помещение, и их взгляды мгновенно нашли тело. — Кто обнаружил? — спросил старший лейтенант, молодой мужчина с короткой стрижкой и внимательными глазами. Его звали Артемьев. — Я, — выступил вперед Доронин, уже собравшийся с духом. Паника в его голосе сменилась подобострастной настойчивостью. — Михаил Сергеевич Доронин, владелец. Мы с шефом… Олегом Игоревичем, договорились обсудить меню. Он уже был здесь. Когда я вошел… вы видите. Я сразу вызвал «Скорую» и вас. — «Скорую» вызвали? — Минут пятнадцать назад. Должны быть вот-вот. Артемьев кивнул, подошел к столу, но не ближе чем на метр. Не прикасаясь ни к чему, он внимательно осмотрел тело, позу, лицо, блюдо. Взгляд его на секунду задержался на характерных шрамах на руке и на знакомых чертах лица. Да, он видел этого человека — в телепередаче о высокой кухне, кажется. Имя Верещагин что-то говорило даже ему. Его лицо оставалось невозмутимым, но внутри что-то щелкнуло — масштаб происшествия вырос на порядок. — Признаков борьбы нет, вещи в порядке, — тихо заметил сержант, снимая на камеру мобильного телефона общий план. — Видите! — живо подхватил Доронин, делая шаг к лейтенанту. — Я же говорю! Острый приступ. У него сердце… Или аллергия. Он мог что-то не то съесть днем, а здесь просто стало плохо. Нужно, чтобы медики констатировали… естественную причину. Чтобы не травмировать лишний раз родных, коллег. Ресторан… У нас тут весь цвет Москвы бывает. Скандал никому не нужен. Я могу дать все необходимые характеристики, он у нас был человеком гиперответственным, работал на износ… |