Книга Алхимия и ее жертвы, страница 39 – Флавия Майер

Сердце Ады сжалось. Отказ горячо любимого Мастера звучал приговором и нанес непоправимый удар её интересам. Как же, Мастер принял решение оставаться дома! Мудрость Ламлиса вселяла уважение и не могла быть оспорена: Ада, как покладистая ученица, беспрекословно слушалась наставника. Одно из нравственных учений Мастера заключалось в почитании всякого, кто оказывал добродетель или превосходил других в чем-либо; это подразумевало проявление к ним уважительного снисхождения. Неужто она обречена вновь безропотно подчиниться его воле?

За ужином Ада молчала.

Еще не поздно создать лекарственный порошок с ингредиентом, который описал Мастер! Алый порошок при контакте с кожей вызывал небольшое покраснение, похожее на то, что вызывала лихорадка. Возможно, именно это средство способно помочь больным. Интерес оказался сильнее запрета эльфа, но пускаться в безрассудные бега, не заручившись дозволением, виделось ей верхом глупости. Посему Ада посчитала необходимым убедить его в пользе экспедиции в леса Ольш.

Воскресное августовское утро услаждало Ламлиса приятным ветерком, что располагало его к утренней прогулке с подопечной.

Оба неспешно наслаждались летним теплом и щадящим солнцем. Утренние моционы летом Ламлис относил к общеукрепляющей процедурам, что предупреждали душевные заболевания и стимулировали живость ума. Мастер шел по чистым улочкам Орк-Энда статной походкой, учтиво кланялся соседям и имел такой благопристойный вид, что Ада невольно старалась подражать ему.

Ада подбирала аргументы, которые склонили бы Мастера выбраться за город. Слова, факты, чужие цитаты: всё это виделось ей аргументами. Наконец, Ада с сияющими глазами заговорила:

— Знаете, Мастер, этот день похож на тот, когда к нам пришла одна особа. Помните мисс Аутумнию? Два года назад она пожаловала к нам с просьбой, после которой вы разрешили мне поехать с ней в лес. Помнится, что тогда я сделала исцеляющий сироп и поехала в лес. Почему бы и вам, Мастер, не побывать там?

— Если я однажды и уступил твоей просьбе, то только ради спасения родственницы мисс Аутумнии. Тогда это был вопрос жизни и смерти. К тому же она знала свой родной лес, потому могла оградить тебя от его опасностей. Сейчас же ничто не располагает к рискованным приключениям. Нет смысла ехать в лесные дебри, когда здесь, нам…

— Позвольте, Мастер, – возмутилась Ада, – у вас в заметках значится редкий ингредиент. Он помог бы мне создать лекарство от лихорадки. Вы всегда поддерживали меня в создании нового!

Ламлис на секунду остановился, затем размеренным тоном ответил:

— В этих заметках были лишь выписки из книг, которые я не проверял. Не факт, что эти ингредиенты будут тебе полезны.

— Но Мастер, мы этого еще не знаем! – вырвалось у нее.

— К чему тебе, дорогая моя, цепляться за лес? – Ламлис внимательно посмотрел на Аду. – Неужто в тебе пробудилось безумие? Напомню, что все проверенные годами ингредиенты продаются в лавках, или ты имеешь на этот счет возражения?

Ада уловила в голосе Ламлиса настойчивость, тот самый наставнический тон, мгновенно оцепенела и приглушенно ответила:

— Вовсе нет, Мастер.

Ламлис ускорил шаг, а вскоре прогулка закончилась. За завтраком Ада высказывала похожие доводы врачей и прочих эльфов в пользу похода в лес, но все они отвергались решительно и категорично. Как бы умоляюще она не уговаривала, как бы жалостливо не просила, Мастер каждый раз находил свои доводы в пользу того, чтобы остаться дома. Ада даже устыдилась своей излишней настойчивости, поскольку ранее ей не доводилось так упорствовать.