Книга Алхимия и ее жертвы, страница 38 – Флавия Майер

— Ах, мистер Хоринет, – нахмурилась Ада, – зачем вы искушаете меня прелестями светской жизни, которой мне никогда не познать.

Мандор чуть нахмурился от обращения на «вы».

— Тебе известно наше положение, – откинулся в кресле мистер Хоринет. – Слухи о моем появлении в свете, пожалуй, самые обсуждаемые. Кто-то считает, что я получил такую возможность через эльфа-отца, кто-то твердит о моем подлом умении лгать. Все это вздор, ведь я крепко знаю свое место.

— Да это, так, – кивала Ада. – Знаете, Мастер говорил, что высший свет слишком жесток. Однако откройте мне секрет: как вы попали в издательство?

— Очень просто, – подмигнул Мандор, – В издательство эльфов пристраивают лишь для того, чтобы те не шатались без дела. Это мало помогает, ведь свои обязанности из них выполняют лишь единицы. Мой отец до свадьбы так бездельничал, пока не женился тайком на прислуге из людей. Мистер Амакиир снизошел до меня, полуэльфа, ибо эльфы нынче разлюбили усердный труд. Тебе ли не знать о глупости этих остроухих зазнаек? Мы разделяем одну участь.

Ада припомнила отказы эльфов из издательства и восприняла его слова с пониманием. Она одарила мистера Хоринета вялой улыбкой. К ее удивлению, из его тона исчезла грубость, присущая братьям Кехланна. Эльфийское общество пошло ему на пользу. Ламлис спускался с лестницы, попутно отдавая Абигаль указания, а мистер Хоринет попрощался с Адой, подошёл к Ламлису и распрощался и с ним.

После визита Ада весь день занималась в библиотеке поиском нового, но каждый раз терпела поражение. Она перечитала многие книги, изучила все имеющиеся комбинации реагентов, сварила зелья по всем рецептам. Где же найти ингредиент, что лечил бы корь? Верный ответ должен быть где-то рядом.

Ада листала пожелтевшие записки Ламлиса четырехсотлетней давности. Предположение, что в давние времена Мастер ходил по окрестностям города, с трудом сочеталось с его текущим образом жизни. Она наткнулась на упоминание лесов Ольш. Красочные описания загадочной флоры поразили ее, и в голове крепко засела идея отправиться в эти леса. По слухам, там полно магических растений. "Нарушить уединение во имя нового", – этот призыв отпечатался в памяти.

За ужином она, полная сил, начала разговор следующим образом:

— Мастер! Мастер, знаете, мы живем настолько закрыто, что совсем позабыли, что такое лес. В ваших записках упоминается один реагент, что можно найти в лесах Ольш. Это же совсем недалеко, а потому как насчет выезда за пределы города?

Ламлис сожалеюще ответил:

— Увы, Ада. Молодость даёт энергию на подобные сумасбродства, а старость учит находить радости в домашнем уюте. И тебе советую отложить эту затею: мало ли, какая опасность таится в дикой природе.

— Мастер, – Ада свела брови, – а что, если наше уединение перетекло в отстранённость? Мало того, что мы не выбираемся в свет, так ещё и не выбираемся дальше Орн-Энда; мы постоянно сидим в четырёх стенах. Неужто вы не изволите побыть на лоне природы?

— Нет, – решительно ответил Ламлис, – такому не бывать. Что хорошего, если в лесах Ольш на нас нападет лиса, или, того хуже, мы простудимся? Дальновиднее пребывать там, где ничто не покушается на твою жизнь. Коль опасности таятся в дикой местности, то и посещение их является безрассудством.