Книга Алхимия и ее жертвы, страница 42 – Флавия Майер

— Отличный вкус! Словно я попала в сельскую усадьбу, и меня угощают.

— Считайте, что мы в деревне. Возьмите еще этих яблок, – он указал на яблочный компоте,– моя сестра привезла их из деревни. Она служит почтенной семье, потому ее десерты всегда вкусные. Хотя бы так познакомитесь с деревенским десертами. Хотя добрая часть эльфов сейчас не в городе, как жаль, что обязанности не позволяют вернуться в деревню.

Ада скушала пару ложек компоте. Сладкие и пряные яблоки подарили краткий миг наслаждения. Она подметила своим звонком голосом:

— Зато, мистер Хоринет, вы заработали повышение. Как вам, будучи полуэльфом, удалось это сделать так быстро? Вы же не так давно устроились в издательство, верно?

Вопрос был лишен такта и учтивости, однако мистер Хоринет не растерялся и довольно ответил:

— Я не раз замечал, что мистер Амакиир не всегда внимательно читает всякие деловые бумажки, что помогло мне чуточку приукрасить полугодовой отчет. Эльф так расхваливал меня за успехи, что я заикнулся о повышении, но в ответ он выдал нелепую отговорку. Тогда я сказал, что по секрету скажу, с кем изменяет его жена. О ней давно ходили слухи, потому, пользуясь его распоряжением, я указал на его помощника. На следующий день его уволили, а я получил это место. Правда, для меня до сих пор загадка, с кем именно изменяет супругу миссис Амакиир, ибо я указал на того, чье место хотел занять. Зато мистер Амакиир бесконечно мне признателен! Таким образом, я стал помощником директора издательства.

— Так же нечестно, мистер Хоринет, – возмутилась Ада, – при вашем уме вы бы добились всего честным путем!

— Конечно, – процедил Мандор, – я же тогда мог и дальше работать за гроши и сидеть в чужой тени. Тогда я бы отражал чуждой свет, а не излучал свой.

Ада потупила взгляд. Вдруг он прав? Ему вернее судить о работе, неждели ей. Мандор, предполагавший подобную реакцию, добавил:

— И не на такое пойдешь ради продвижения. Только вдумайтесь: полуэльф на таком высоком посту. Невероятное достижение нашего века! Какая вновь приобретённая гордость! И это не предел. Твоя книга почти распродана.

Ада улыбнулась. Приятно быть полезной. Мастер был прав: рано или поздно ее вклад оценят.

— Знаете, Мастер говорил, – протянула Ада, – что любой труд заслуживает похвалы, но тут он бы счёл ваш поступок гнусностью. Неужели другого пути не было? Он говорил, что природный талант и любопытство всегда дают плоды, а за ложь расплачиваются дважды.

— Эльф может говорить только за свою расу, беды прочих вряд ли ему знакомы. А что насчет тебя? – указал он тросточкой на Аду. – Призадумайся: мистер Мальгалат пользуется всеми благами своего положения, а ты вынуждена прятаться в тени. Неужели такой расклад тебя устраивает?

— Позвольте, – подскочила Ада, – мой Мастер заботится обо мне уже семнадцать лет, потому вряд ли такое придет ему на ум.

— Я в этом не сомневаюсь, – приглушенно отозвался мистер Хоринет, – но, поскольку я обращаюсь к тебе, а не к твоему Мастеру…

— Так вы считаете, что я сижу в тени? – улыбнулась Ада. – Если мне и Мастеру спокойней жить в уединении, то мы не станем поступать иначе. Именно стабильность, как он выражался, ведёт к душевному спокойствию. Если же он и ограничивает меня, то ему виднее, что пристало делать его ученице, а что нет.