Книга Алхимия и ее жертвы, страница 37 – Флавия Майер

Пока ее семья погибала, она была поглощена другими заботами в Орк-Энде. На секунду она вообразила ещё одно полученное от матери известие о гибели братьев, что повергло её в ужас. Разве не плачевно осознавать, что почти все дети в семье умерли, а она тем временем здравствует вдали от них? Да еще и посещает, только когда горестные события застают семью! Какая лицемерная отстраненность! Такое поведение казалось Аде надругательством над страданиями остальных членов семейства.

От этих мыслей Ада оставшийся вечер походила на погасшее солнце. Мастер велел служанке приготовить на ужин подопечной пудинг с вишней. Этот десерт Ада получала только по праздникам, но угощение мигом проглотила. Когда пришло время отходить ко сну, она осознала одну вещь. Когда она с семьей, совесть ранит ее сердце, но стоит ей уйти, как спустя короткое время она забывает удручающие переживания. До этого она только с Мастером чувствовала ласку и заботу, тогда как семья в Антас-Энде просто существовала. Неужели она в самом деле так относится к родным? С небольшим облегчением она заснула, стараясь не вдаваться ни в какие рассуждения.

На следующее утро Ада, облачившись в траурный туалет, дожидалась привычного утреннего визита мистера Хоринета. Ее вид вызывал жалость: черное платье словно глушило живость её характера. Ада рассчитывала, что визит полуэльфа ободрит её, а новости отвлекут от невзгод.

Мандор вскоре явился. Он был одет в слегка помятые, но изящные эльфийские одежды, что подчеркивали зелень глаз. Из прически торчали блондинистые завитые волосы, разделенные пробором. Он выглядел так, словно не спал всю ночь. Ада мгновенно переключилась на его рассказы, что захватили ее внимание. Пока гость развлекал её слухами о жизни в светском обществе, к ней вернулось веселое расположение духа. Ада переключилась с размышлений о положении семейства на восхищение вечерами, которые так подробно описывал мистер Хоринет. Когда она поймала себя на этом, то обозлилась на саму себя: сейчас у нее есть заботы поважнее.

Мастер удалился для решения хозяйственного вопроса к служанке, потому случай оставил мисс Гастангс и Мистера Хоринета наедине. Мандор снова общался с ней на «ты» и подсел ближе. Ада в такие моменты чувствовала, словно он видит в ней друга. Большой гордостью для нее было ответить тем же полуэльфу, что достиг недосягаемого. Она мысленно улыбнулась и устремила на него пытливый взор.

— Вот, касательно миссис Амакиир, жены мистера Амакиира, а он, насколько тебе известно, директор издательства. В своем загородном поместье они дают званые вечера, там собираются сливки общества: от управителей крупных контор до дворян. Все эльфы, никак иначе. Там есть питьевой фонтанчик, вода в нем имеет божественный вкус. Пей её, сколько посчитаешь нужным. Сядут вокруг него почтенные господа-эльфы, наберут в стаканчик этой воды и ну обсуждать последние сплетни. И чем невероятнее был тот или иной слух, тем охотнее в него верили. Иной раз слышу, как какая-нибудь эльфийка завела любовника из прислуги, и удивляюсь, как такие невероятные истории случаются!

— Разве сейчас сезон для подобных сборищ? – уставилась на него Ада. – А как же издательство?

— По традиции в начале лета эльфы переезжают в загородные дворцы и дома. Большинство служащих в это время в отпусках, однако судьба меня этим обделила. Проведя на лоне природы летние месяцы и даже часть осени, в ноябре эльфы возвращаются в города. Тогда начинается светский сезон с балами, театральными премьерами и прочей чепухой.