Книга Время неблагих. Книга первая, страница 71 – Максим Далин

А никаких черепов и костей мы не нашли. На стене висел большой лист пергамента, прямо целая выделанная кожа барашка, с очень тщательным и подробным изображением человеческого скелета. Все части были отмечены стрелочками и подписаны, но не названиями костей, а астрологическими значками и названиями звёзд и планет. Дальше прямо на стене кто-то нарисовал очень сложную звезду — и её тоже всю разметил такими же стрелочками, но расписал очень странными словами и фразами, которые я вообще понять не мог.

Лэрик поднёс поближе лампу и прочитал:

— Хаккаэллин…

И в лампе пламя на миг полыхнуло ярче, зелёным! А Глейза отвесила Лэрику подзатыльник:

— Ты что, дурак? Это же некромантская лаборатория, давай сюда ещё демона вызовем! Может, это имена! Да, Валиен?

— Запросто, — сказал я. — Может, и имена. Давайте не будем ничего вслух читать, ладно?

Тон я сделал внушительный и суровый, но Дару, если честно, от этого фокуса было не жарко и не холодно. И я не верил, что так можно впрямь вызвать демона — или что его может случайно вызвать Лэрик. Зачем бы эта штука со звездой ни была сделана — никакой опасности от неё я не чувствовал.

Но раз уж так вышло — показалось очень правильным им сказать, чтобы не лезли куда придётся и не рисковали.

Но вообще — мне куда интереснее показался стеллаж с книгами и тетрадями. И ещё тетради в кожаных обложках лежали на письменном столе. А второй стол мне как-то не особенно понравился: столешница у него была металлическая, со стоками, и рядом с ним стояло что-то вроде этажерки, с целым набором точно хирургических инструментов.

— Тут кого-то резали? — спросила Глейза, заглядывая мне через плечо. — Это скальпели же?

И передёрнулась от отвращения и ужаса.

— Может, трупы вскрывали, — ляпнул я, чтобы её успокоить, но не успокоил.

Скорее, наоборот.

А тетради были исписаны тем самым мелким изящным почерком, какой я уже видел на стекле. И чертежи подписывал тот же человек.

Сэдрик, конечно. Обведено рамочкой: «Запомни: все щиты на основе Розы Эгеля замыкаются в девятом знаке Глазом Бездны и двойным потоком сил…» Подчёркнуто: «Для связи через Зыбкие Пути в формуле Марбелла кровь козла можно заменить водным раствором Чёрного Солнца…» Ведь наверняка это очень важно… полезно, ценно и важно! И лабораторию просто закрыли. Вместе с его тетрадками. Как же так?

Сэдрик умер внезапно, вдруг понял я. Трагически, скоропостижно, далеко отсюда. И никаких распоряжений дать не успел, и не сказал, кто может разобрать его записи… У него были друзья-вампиры, но ни Эральд, ни Джинера не смогли до них докричаться…

Простите меня, пожалуйста, Сэдрик, подумал я и забрал тетради. Я понимаю, что не имею прав на ваши записи, подумал я именно для него, будто он мог услышать мои мысли. Но ведь брошенные здесь — они же не принесут никому никакой пользы.

А так — может, мне удастся их разобрать. И тогда мы выживем — и я, и правнуки Эральда. А может, вы специально тут оставили? Для них?

В любом случае: спасибо. Вот спасибо.

Я так увлёкся этим придуманным разговором с Сэдриком, мне было так тепло, так славно от его тетрадей, от его почерка, от слов его, что я даже выпал из реальности слегка, как если бы хорошей книжкой зачитался. И очнулся от того, что Лэрик тряхнул меня за плечо: