Книга Не бойся меня, страница 73 – Дарина Стрельченко

Я смотрю на набухающие почки, на редкую смелую зелень, на плывущую по луже газету с твоей статьей. Пахнет влажной землей, дождем и горячим хлебом. Эти запахи уводят от мыслей, возрождают к жизни. Я могу начать все еще раз. Я могу не совершать ошибки – пока с этой дороги еще можно свернуть. Я могу забыть о тебе.

Я могу забыть о тебе.

Я иду вдоль кирпичной стены без окон. Слева хрущевки и тополя, канавы с мутной водой и отражающиеся в них ветви. Справа бесконечная стена, в которой нет, кажется, никаких отверстий; только громадные ворота, обшитые стальными листами и знаками. Я вдруг понимаю, что это. Сверяюсь с картой и вижу, что догадка верна.

Это тюрьма.

За стеной лают собаки.

Я поднимаю голову и вижу камеры и колючую проволоку сверху.

Черный стальной шар подскакивает внутри, бьется о меня, о ребра, ударяется о сердце и лопается, выплескивая память и грязь. И в этот же миг начинается дождь – сразу, резко. Апрельский барабанящий дождь. Он смывает грязь и чернила, но не смывает память.

Я дохожу до конца стены, и за ней вновь открывается город: круглая клумба у магазина мебели, рекламный щит и фонарный столб, ряды крыш, уходящие за мост, и фисташковые, налитые предвкушением голые кроны. Еще я вижу указатель:

«Улица Ленина.

Улица Оловянная.

Мебельная фабрика „Кавенецк-Мебель“».

Кого я обманываю? Я в Кавенецке. Я в глухой провинции далеко от Москвы. Я приехал сюда с одним только ноутбуком в сумке. Я приехал сюда за тобой следом.

И я приехал сюда за тобой.

Я иду в «Горький». Сажусь за твой столик в зале-библиотеке. Прошу у официанта ручку, достаю хрустящую ледяную кальку, разглаживаю ее на столе, рассматриваю чаинки в чайнике с черным чаем.

Са-ша, привет.

Я почти вижу, как там, в будущем, ты вздрагиваешь, читая это. Я становлюсь хозяином твоих мыслей, Са-ша, – даже тех, время которых еще не пришло.

Я знаю, ты слышишь меня. Знаю, что чувствуешь мое присутствие. Это захватывает, да? Мы оба знаем, что происходит. Тебя пугает и возбуждает мысль, что я могу быть где угодно и даже совсем рядом. Страх и страсть часто идут рука об руку – не бойся этого, Са-ша.

Я твоя тень. Ты сама дала мне в руки все карты и нити. Мне так легко проникнуть в любой уголок твоей жизни, твоей квартиры, твоей головы. Осталось совсем немного.

Ты пугаешься своих собственных желаний, но ты ведь уже поняла, что истинное удовлетворение – это преодоление страхов? Я уверен, что поняла, – может быть, глубоко внутри. Может быть, ты еще не даешь себе думать об этом, но эта мысль внутри тебя – и этим письмом я поднимаю ее на свет.

Ты прочтешь это. Ты не сможешь удержаться от того, чтобы не вскрыть конверт. И то, что ты прочтешь это письмо, будет в некотором роде ответом, самым красноречивым ответом и подтверждением моей власти над тобой, моего контроля над твоей жизнью.

Я жду нашей встречи. Я жду, когда игра станет реальностью. Но это случится, только когда я захочу, а пока наслаждайся на расстоянии, Са-ша. И позволь мне небольшую вольность в подписи.

Твой всюду присутствующий.

Моя черная мышка, моя непокорная Саша. О, как я жду нашей встречи.

Калька морщится, хрустит и рвется под пальцами. Упирается и выскальзывает, совсем как ты.