Книга Пленница судьбы, страница 3 – Элиан Вайс

Она проснулась от холода.

Простыни рядом были пусты. Только вмятина на подушке еще хранила тепло его головы, и в воздухе витал слабый запах озона и пепла — запах, который всегда сопровождал темного мага. Ария медленно села, кутаясь в одеяло. Тело ныло, напоминая о каждой минуте прошедшей ночи. На бедрах темнели синяки — следы его пальцев. На губе запеклась кровь.

Она провела ладонью по животу и замерла. Что-то изменилось. Неуловимо. Тепло разливалось где-то глубоко внутри, чужое, не принадлежащее ей. Ей показалось? Или нет?

В дверь постучали — три коротких удара, и в покои вошла служанка, низко кланяясь, не поднимая глаз. В руках она держала поднос с завтраком и маленький бархатный футляр.

— Господин велел передать, — девушка говорила тихо, быстро, ставя поднос на столик. — И сказал… — она запнулась, — сказал, что сегодня вечером придет снова.

Ария смотрела на футляр, не решаясь открыть. Когда она все же коснулась крышки, та откинулась с легким щелчком. На черном шелке лежала тонкая золотая цепочка — изящная, но прочная. На крошечной пластинке была выгравирована одна буква: «Д».

Знак собственности. Клеймо. Напоминание о том, что она здесь не гостья, не женщина, не невеста. Она — сосуд. Инструмент. Временное вместилище для будущего наследника.

Ария сжала цепочку в кулаке так сильно, что металл впился в ладонь, оставляя красный след. Горло сдавило от подступившей злости — на него, на себя, на свое тело, которое предало ее минувшей ночью. Она ведь обещала себе. Клялась. Что будет холодна. Что выполнит долг, как приказано, и уйдет, не оглядываясь. Что не позволит ему сломать себя.

Но он сломал. Не силой. Тем, что заставил ее тело отвечать на его прикосновения, а сердце — биться чаще при одном только звуке его шагов. Она ненавидела его. Ненавидела так, что зубы сводило. Но когда сегодня вечером он снова войдет в эти покои, она не сможет сказать ему «нет».

И он это знал.

Ария швырнула цепочку в стену. Та звонко ударилась о камень и упала на пол, замерла, поблескивая в утреннем свете. Маленькое золотое напоминание о том, что она уже не принадлежит себе.

Три месяца назад у нее был дом. Была семья. Была надежда на обычную жизнь. Три месяца назад ее не волновало, что где-то в мрачном дворце живет король с глазами из расплавленного металла, которому нужен наследник.

А потом пришли солдаты.

Воспоминания хлынули потоком, стирая остатки сна. Ее разбудили среди ночи. Факелы горели во дворе, освещая лица всадников в черных доспехах. Отец стоял на пороге, бледный как полотно, комкая в руках пергамент с королевской печатью.

— Дочь… — голос его дрожал, хотя он изо всех сил пытался держаться. — Король… он требует…

Ария спустилась босиком по лестнице, чувствуя, как холод каменных ступеней пробирает до костей. Мать плакала в углу, прижимая к груди младшего брата.

— Что требует?

— Наследника. — Отец протянул ей пергамент. Она прочла строки, написанные четким, безжалостным почерком: «…род Аристеев обязан предоставить девицу, чья кровь подойдет для ритуала. В случае отказа — лишение титула, земель и жизни каждого члена семьи…»

Она перечитала трижды, надеясь, что слова изменятся. Но они оставались теми же — холодными, окончательными.

— Я согласна, — сказала она, и голос прозвучал чужой, как будто говорил кто-то другой.