Книга Пленница судьбы, страница 9 – Элиан Вайс

Мира перевела дыхание. Ее пальцы — Ария только сейчас заметила, что девушка все еще держит халат, словно ища опору — сжались еще сильнее.

— Ваша еда пробуется на яд каждый раз перед подачей. Не потому, что вас боятся отравить, — быстро добавила Мира, — а потому, что его величество боится потерять… ну, то, для чего вы здесь.

«Наследника», — мысленно закончила Ария. «Товар. Сосуд. Инкубатор».

— Вы не можете отказаться от… — Мира покраснела так сильно, что даже шея стала бордовой, — от близости. Если его величество приказывает, вы должны… вы должны…

— Я поняла, — перебила Ария, не желая слушать, как эта девочка будет подбирать слова для того, что происходит в королевской спальне. — Еще?

— Вы должны родить мальчика, — выпалила Мира, и слова понеслись, как лавина, срывающаяся с горы. — Если родится девочка, ее заберут сразу после рождения. Вы даже не успеете посмотреть на нее. Ее отдадут в… в специальное место. А вас отправят обратно в вашу семью, но вы никогда не узнаете, где ваша дочь, и сможете ли вы ее когда-нибудь увидеть.

Ария закрыла глаза. Мир покачнулся под ногами — не от слабости, от того, что реальность обрушилась на нее всей своей чудовищной тяжестью. Она знала, что будет нелегко. Но слышать это из уст перепуганной шестнадцатилетней девушки, которая сама была такой же пленницей, только родившейся здесь, — совсем другое.

«Специальное место». Ария не хотела думать о том, что это значит. Не хотела представлять младенцев, которых уносят из рук матерей, чтобы воспитать из них… что? Шпионов? Солдат? Жертв для темных ритуалов?

— Спасибо, Мира, — сказала она, открывая глаза. Взгляд упал на кровать — эту огромную, чудовищную кровать под золотым балдахином. — Ты можешь идти.

— Госпожа… — девушка замялась, переминаясь с ноги на ногу. — Вы будете спать?

— Да.

— Тогда я оставлю свечу, — Мира указала на высокий подсвечник у кровати, где уже догорала одна толстая восковая свеча. — На случай, если… если его величество придет ночью.

Она выскользнула за дверь так быстро, словно за ней гнались демоны. Щелкнул замок — Ария услышала этот звук отчетливо, как приговор. Ее заперли. Не снаружи — изнутри. Дверь закрывалась с этой стороны только ключом, который был у служанки. Золотая клетка захлопнулась.

Ария лежала в огромной кровати, укрытая шелковыми простынями, и смотрела в потолок. Она не могла спать. Не могла даже закрыть глаза, потому что стоило ей смежить веки — и перед внутренним взором вспыхивали алые глаза Даркейна. Его лицо в дюйме от ее. Его голос, шепчущий: «Разденься».

Луна светила в окно, отбрасывая на пол серебряные дорожки, которые казались пальцами, тянущимися к ней из темноты. Где-то внизу лаяли собаки — глухо, размеренно, как метроном, отсчитывающий время до рассвета. Где-то кричала ночная птица — резко, пронзительно, словно ее кто-то убивал. Дворец затихал, погружаясь в сон, но Ария не спала. Она думала. О побеге.

Не о том наивном, детском побеге, когда девушка прыгает из окна и бежит в лес, чтобы жить счастливо и свободно. Она понимала: ее поймают. Накажут. Может быть, убьют. Даркейн не шутил про семью — Ария видела это по его глазам, когда он перечислял, что сделает с ее отцом, матерью, братом.

Но даже смерть казалась лучше, чем роль инкубатора для темного короля. Даже пытки — лучше, чем его руки на ее теле. Даже изгнание, даже проклятие, даже вечное проклятие — лучше, чем слышать его голос, шепчущий «моя собственность».