Книга Шесть дней в Бомбее, страница 107 – Алка Джоши

— Ей это не интересно, – отрезала Петра.

— Но это не так, – возразила я. – Возможно, я встречу там других знакомых мисс Новак.

— Миры? – просветлел Павел. – Миру мы все знаем. Она теперь во всей Европе известна. А значит, мы и сами отчасти знаменитости. Правда, Петра?

Петра надулась и сдвинула брови. Тут подошла какая-то ее подруга. Петра поцеловала ее в щеку и повернулась ко мне.

— Что ж, спасибо, что приехали.

Она что же, прогоняла меня?

— И все? – одернул ее Павел. – Девушка добиралась сюда из самой Индии. – Он вновь обратился ко мне. – Мы все знаем о мсье Ганди. И восхищаемся тем, что он делает. Индия заслужила свободу. Ты что же, просто бросишь ее здесь? – Он обернулся к Петре.

Я смотрела то на него, то на нее, словно следила за воланчиком во время игры в бадминтон. Девушка, отходившая к бару заказать кофе, вернулась и окинула взглядом помрачневшую Петру и растерянного Павла.

— Что здесь происходит?

Она уселась за стол Павла и открыла свежую пачку сигарет.

Павел быстро заговорил по-чешски. Петра закатила глаза и пошла к двери. Я вскочила, глядя ей вслед и не понимая, что произошло.

Павел перешел на французский.

— Мартина, девушка говорит по-французски. И знает Миру.

Услышав имя Миры, Мартина просияла так же, как Павел.

— Вы знаете Миру? Она великолепна! Всегда мечтала уметь рисовать так же, но у меня больше таланта к фотографии. Люблю снимать людей.

Мне не хотелось портить им настроение, но я должна была объяснить, что привело меня в Прагу. И я рассказала, что произошло с Мирой. Павел поначалу по привычке улыбался, пока до него не дошло, о чем я говорю. Тут он потянулся к Мартине за сигаретами и спичками. Та сидела с окаменевшим лицом.

— Но как же так? – хором произнесли они и переглянулись. – Она ведь всего два года назад приезжала на свою ретроспективу. Такая молодая. Здоровая.

К себе за столик они меня не приглашали, но я все равно придвинула стул. Официант подошел взять у них заказы и тихонько удалился.

Павел откашлялся.

— Мы все учились в одной школе. Часто проводили время вместе. Но Мира и Петра… – Он покосился на Мартину. – Они были очень близки. Петра готова была целовать землю, по которой ходила Мира. И не только. Она совершенно потеряла от нее голову. Мира все это воспринимала как веселую игру, но для Петры все было очень серьезно. И тут появился Паоло. – Он улыбнулся, Мартина тоже.

У меня зазвенело в ушах. Тот самый Паоло?

Хрипло рассмеявшись, Мартина сложила пальцы щепоткой и с фальшивым итальянским акцентом произнесла:

— Па-о-ло! – Потом продолжила по-французски. – Мира болтала о нем без умолку. Ей было… лет пятнадцать? А потом она отправилась во Флоренцию, чтобы у него учиться.

Павел едва не подавился кофе.

— Это ее мать поехала во Флоренцию к Паоло и Миру потащила за собой. Ее мать была без ума от него. – Они с Мартиной рассмеялись.

Об этом я уже знала. Мира говорила, что ее мать была увлечена Паоло. Вот почему Мира тоже пыталась его заполучить? Чтобы отомстить матери за ее равнодушие и ревность?

В кафе постоянно заходили новые посетители, люди здоровались друг с другом. А я сидела с Павлом и Мартиной и воображала, что это и есть моя жизнь. Что я ежедневно попиваю горячий шоколад, жую булочки и болтаю с друзьями. Сплетничаю об общих знакомых. Реальное существование вдруг показалось мне таким скучным. Дом. Больница. Дом. Рынок. Дом. Что еще было в моей жизни, кроме мамы и работы?