Книга Скажи им, что солгала, страница 39 – Лора Леффлер

К ней подошел мужчина в форме.

— Могу я вам помочь, мисс?

Анна выпрямила спину, перехватила рюкзак и подняла вверх подбородок.

— Я приехала к подруге, Уиллоу Уитмен. Она не сказала, куда дальше идти.

Мужчина улыбнулся.

— Ничего страшного. Я сейчас позвоню.

Анна смотрела, как он подходит к стойке и берется за телефон. Он покосился на нее, держа трубку между плечом и ухом, и нахмурил лоб. Анна отвела взгляд. Ее пригласили, она была в этом уверена, и все равно ее преследовало ощущение, что она незваный гость. Что она нарушает какую-то важную границу, и, если вдруг выяснится, кто она такая на самом деле, ее выволокут отсюда за уши. Она посмотрела на свое короткое летнее платьице с распродажи и армейские ботинки, гадая, что подумал про нее швейцар. Вдруг какой-нибудь шов или этикетка ее выдаст?

Мужчина вернулся, и Анна снова неестественно высоко задрала подбородок, напрягшись всем телом, будто готовилась к удару. Рукой в перчатке он указал ей на лифт.

— Двадцать второй этаж, мисс Вон.

Анна сглотнула. Он знал ее имя. Все было в порядке – ее признали, сочли достойной. Она имела право войти. Имела право быть здесь.

— Спасибо.

Он придержал дверь лифта, опустив взгляд. Анна вошла, и створки закрылись.

— Господи боже, – прошептала она вслух, выдыхая с облегчением. Посмотрела на панель с кнопками – сорок этажей! Ее охватил восторг, когда она заметила, что кнопка двадцать второго уже горит. Лифт стремительно помчался вверх.

Двери открывались прямо в гостиную, где стояла Уиллоу – в коротком топе, крошечных шортах и с шарфом «Эрме», повязанном поверх осветленных волос. Она улыбнулась во весь рот и, подскочив к Анне, заключила ее в объятия.

— Вот и ты!

К запаху кожи Уиллоу примешивался другой, мускусный. Грязноватый. Анна отстранилась и огляделась вокруг. Квартира казалась холодной. Холодной, белой и вычищенной до блеска, как офис. Она не походила на жилье. Не соответствовала названию. Открытая гостиная со стоящими в ряд диванами сливочного цвета завершалась высокими окнами.

Озеро за ними выглядело огромным, как океан, но спокойным и тихим. Анна подумала, что тут все другое. Высокое, грозное и пугающее. Чикаго олицетворял собой мощь большого города.

Уиллоу взяла ее за руку.

— Вон там пляж Оук-стрит. Хочешь пойти?

— Конечно, – ответила Анна, не совсем разобравшись, куда указывает Уиллоу.

— Тащи свои вещи, – сказала Уиллоу, разворачиваясь. – Переоденемся в моей комнате.

Анна проследовала за ней по коридору в большую столовую с очередной стеной окон, выходящих на озеро, и полированным деревянным столом. Мужчина средних лет в голубой рубашке и очках для чтения сидел на его дальнем углу.

— Пап! – окликнула Уиллоу.

Мужчина, не шевельнувшись, поднял глаза – крохотные, как у ящера, – над очками-полумесяцами. Сердце Анны сжалось, рука, которую держала Уиллоу, вспотела.

Мистер Уитмен аккуратно свернул газету и положил на стол.

— Это, должно быть, Анна?

Он сдержанно улыбнулся, растянув губы.

Анна высвободила руку, сделала шаг вперед и принужденно улыбнулась.

— Приятно познакомиться, мистер Уитмен.

Он снял очки и откинулся на спинку стула.

— Как добрались из Цинциннати?

— Из Коламбуса, пап, – поправила Уиллоу. Снова эта холодная улыбка.

— Ах да, конечно. Из Коламбуса.

Анна почувствовала отчаянное желание как-то вызвать уважение к себе. Повысить свой статус. Может, дело было в ухмылке швейцара, может, в сорока этажах или видах за спиной мистера Уитмена, но она показалась себе самозванкой. Ей не хотелось, чтобы мистер Уитмен это заметил. Не хотелось, чтобы он сказал Уиллоу, будто она не годится ей в подруги.