Книга Поручик Ржевский и дама-вампир, страница 160 – Иван Гамаюнов

Зато с худенькой девицей оказалось сложнее: никто её сразу не признал. Лишь через несколько минут Маланья, подумав, спросила:

— Ты, что ли, будешь Маринка?

Меж тем кто-то из мужиков с факелом в руке заглянул в опустевший склеп:

— А где ж казино? Тут и места нет, чтобы в рулетку играть.

— Ничего ты не понимаешь, — сказала ему Маланья, тоже заглянув в склеп.

— Так ты объясни.

— Недаром же казино под землёй устроено. Почём ты знаешь, что там под землёй? Может, там пещеры огромные!

— А с чего там пещерам быть?

— Да с того, что этот упырь Владислав Казимирович не просто так здесь людей запер. Он же их другим упырям отдал!

— Кому «другим»?

— Как будто не знаешь! Говорено уже сто раз, что Владислав Казимирович и его упыриха на эту ночь созвали гостей — таких же упырей, но повеселиться не вышло, потому что мы нагрянули. А думаешь, где они все собрались, если в усадьбе мы только двух упырей поймали? — спросила Маланья.

— Где? — в свою очередь спросил мужик.

— В пещере большой, в которую вход вот через эту дверь!

— А где ж пещера-то⁈ — не понимал мужик, поэтому Маланья продолжала объяснять:

— Замурована! Упыри, которые в казино собрались, услышали, что нас много, и испугались. А когда испугались, то дальше под землю ушли и ход за собой замуровали. Потому и кажется, что место такое тесное, а на самом деле тут, конечно, большая пещера была. Если б не мы, тут уже игра бы началась на Полушку и прочих. А из-за нас упыри не стали их трогать: дескать, нате вам ваших людей, а за нами не гонитесь, проход замурованный найти не пытайтесь.

Пока Маланья это рассказывала, вокруг неё собиралось всё больше народу, который слушал, разинув рты, но на этом дело не кончилось. История про упырей, которые ушли под землю, тут же начала передаваться из уст в уста, и в скором времени, конечно, стала считаться истиной, не подлежащей сомнению.

Даже если бы Полуша и остальные сказали, что большой пещеры не видели, им бы возразили — значит, вас под землёй заперли уже после того, как упыриная толпа испугалась, дальше ушла и ход замуровала.

«Вот так легенды и рождаются», — подумал Ржевский и сам не знал, стыдно ему или приятно, что к рождению нынешней легенды про «упыриное казино» он имеет самое прямое отношение.

Ржевский развязывал Полушу, заранее готовясь к гневному крику и колотушкам, ведь та в одну из прошлых ночей видела постельную баталию, которую поручик вёл с Барбарой. Барбара — это не Груша и не Дуня, к которым Полуша никогда особо не ревновала. Одно дело — барский гарем, где все свои, и совсем другое — чужая барыня.

Сразу объяснить, что баталия была необходима для спасения самой же Полуши, у поручика вряд ли получилось бы. Если надо убеждать ревнивицу, то приходится объяснять долго, наедине и сопровождать это разными убедительными телодвижениями. Иначе никак.

Однако даже после освобождения от всех пут Полуша продолжала только прижиматься к барину и выть, обливаясь слезами.

«Не очухалась ещё, — подумал Ржевский. — Вот очухается, тогда и начнутся колотушки».

Меж тем Тайницкий опять начал проявлять странные восторги, но уже не по поводу жилища Крестовских-Костяшкиных, а по поводу пьесы, в которой играла Полуша и найденные в том же склепе актёры.