Книга Зараза, которую я ненавижу, страница 71 – Ксюша Иванова

Чувствую, как во мне поднимается паника!

Сюда таких тяжёлых везут, что страшно представить, в каком состоянии мой Никита был!

Не могу сидеть! Встаю. Но так я мешаюсь. Медсестра и какой-то мужчина ведут под руки стонущую пожилую женщину.

Отшатываюсь в сторону, давая им дорогу.

— Да уйдите же! Не видите, раненого везём! — тут же доносится сзади.

Сворачиваю в ближайший коридор, чтобы уступить дорогу. Обернувшись, вижу белую простыню, которой накрыт человек на каталке. На ней кровь.

Я даже лица разглядеть не успеваю — только это пятно. Мне даже чудится, что я запах крови ощущаю! Ужас!

И я просто не могу сейчас туда вернуться!

Иду по коридору, надеясь увидеть какую-нибудь медсестру и спросить её о Никите. Нервно — понимаю, что по голове не погладят за то, что самовольно сюда вошла!

Процедурные, кабинет УЗИ, туалеты, главврач, потом идут палаты. Двери закрыты.

Навстречу женщина-врач в розовом врачебном костюме. Бросает удивлённый взгляд через очки.

— Девушка! А что вы тут делаете? Сюда посторонним вход воспрещен! Кто вас пустил?

— Там, — киваю себе за спину. — После аварии много раненных прибыло…

— Уже привезли? Бегу! — она припускает по коридору, забыв обо мне.

Иду дальше, пугаясь каждого шорохо, уже и сама не понимаю, кого мне нужно искать, чтобы о Никите спросить.

Навстречу идет врач, а рядом с ним — девочка-подросток, бледная, с чёрными кругами под глазами.

— Доктор! А если он умрёт? Вы же сами сказали, что операция нужна срочная! Так оперируйте!

— Он без сознания. Введён в медикаментозную кому. Нужно согласие от ближайшего родственника!

Проходят мимо меня, чуть притормаживают у палаты.

— Как тебя?

— Милана!

— Милана, я ж тебе уже объяснял! Пусть мама твоя приедет и напишет согласие! Или поищи там… мать его, отца. Кого-то взрослого, в конце концов! Так, всё, иди! Иди уже домой! Тут сидеть нельзя. Развели тут детский сад!

Приговаривая что-то вощмущенное, идёт дальше по коридору. Девочка отстаёт. Удрученно смотрит вслед.

Я не знаю, что именно заставляет меня подойти к ней!

Интуиция, не иначе!

— Ой, а скажите, как тут найти кого-то? Мне бы узнать про одного человека…

— Да я сама тут… пациентка. Я не знаю, — разводит она руками.

Берётся за ручку палаты, поворачивается ко мне.

— Во-он там, за поворотом находится пункт, где медсестра сидит. Вы у неё спросите.

Открывает дверь. Мой взгляд над её плечом скользит внутрь палаты и натыкается на Никиту!

Он лежит на спине. Изо рта торчит пластиковая трубка. Руки безжизненно вытянуты вдоль тела.

— Никита, — ахаю я, хватаясь за дверь.

— Никита, Никита, — тормошу его за плечо.

Нет, я вижу, я понимаю, что он не слышит меня. Я понимаю! Я поверить не могу!

— Как же так, Никита? — слезы капают прямо на его щеку. — Как же так?

— А вы кто? — спрашивает девочка. — Я вас у нас дома ни разу не видела.

Не могу сообразить, ни кто она, ни почему здесь, ни какое отношение имеет к Никите.

Вместо того, чтобы ответить, я спрашиваю то, что самое главное, то, что должна знать!

— Он будет жить?

Пожимает плечами.

— Доктор говорит, что будет. Если операцию сделать. И её надо сделать как можно быстрее.

— А почему не делает? — я невольно повышаю голос, собираясь прямо сейчас бежать к врачу и устраивать скандал! Да я сейчас эту больницу по кирпичику разнесу!