Книга Не выпускайте чудовищ из шкафа, страница 89 – Екатерина Насута

Шкатулка?

Я сунула руку. Заговоренная. Так и есть, эхо силы осталось. И значит, шкатулка пряталась в этом месте давно. Год? Два? Десять?

А что в ней было?

Нет, не золото. Золото довольно неудобно хранить. Если много. Массивное. Тяжелое. Объемное. Лучше камни? Украшения? На войне ведь всякое случается. И сперва фрицы мелким гребнем прошлись по нашим землям. Потом… было то, о чем не принято говорить.

Но могла попасть в руки Барского некая шкатулка? С украшениями ли? С камнями… подозреваю, что все же камни. Украшения – вещь такая, продать по хорошей цене куда как сложнее, особенно если внимания привлекать не хочешь. Да и размеры тайника таковы, что много не влезет.

Пускай, раз уж фантазирую, будут камни.

Даже если из украшений выковырянные. Варварство, конечно, но зато весьма себе рациональное. Камни и перевозить легко. И прятать. Тайник, судя по кривым стенкам, Барский сам сделал. И досочки снял. И теперь понятно, почему он никого не впускал в квартиру.

Боялся.

Мог бы в банк отнести… или нет? Банк – дело такое. Там кто-то увидел, здесь заметил. Слух пустил или еще что… я банкам тоже не больно-то верила. Вот и он не стал.

Как бы то ни было, сейчас шкатулки не было. Но и аромат апельсина… нет.

Я помотала головой. И принюхалась внимательней. Сила… Барский ведь одаренный, и если сосредоточиться именно на силовой составляющей, то запах его ощущаю, пусть даже слабо.

Вот он.

Следы.

Ведущие ко входу. И к выходу. И обратно… натоптал изрядно, поэтому и въелись эти следы намертво. Еще на одежде. И… больше ничего.

Кто бы здесь ни был кроме Барского, он в гардеробную не заглядывал.

Как и в гостиную.

В спальню.

А вот в ванной комнате… нет, показалось. Слишком много других, мешающих запахов.

— Она и вправду пол нюхает? – громко поинтересовалась купчиха.

Вправду.

Под столом. Там, где нашла запонку. И… и есть. Капля крови. Такая маленькая, почти незаметная на темном-то паркете среди других пятен.

— Что тут? – Ник-Ник опустился на колени. – Кровь? Думаешь, его?

— Понятия не имею, – честно ответила, облизывая клыки.

Надо было бы позволить твари убраться. Но…

Я легла, прижимаясь щекой к липкому полу. Закрыла глаза.

— Если сдыхать решила, то не здесь! – возмутился Ник-Ник. – Не хватало место преступления твоим трупом испоганить!

Глубокий вдох ртом. И язык поднять, выдавливая воздух в небо. Обратное дыхание. Неправильное, но сейчас… И запонка. Она пахнет Барским, его вот силой. А кровь?

— Его. – Открыла глаза спустя пару минут.

— Твою ж…

— Убили? – с надеждой поинтересовалась Санфеева. А затем уперла руки в бока и заявила: – Если и нет, то передайте, что я расторгаю договор! А залог останется! На ремонт и…

Я поднялась на четвереньки и потянулась.

Что делать?

Надо бы Бекшеева вызывать. И еще кого, чтобы с камерой, чтобы на пленку снять тут все… закрыть. Экспертную группу…

Твою мать, откуда на Дальнем экспертная группа-то?

И куда подевался Барский? Кровь. Оторванная запонка… шкатулка, которая исчезла. Сам вытащил, но даже если бежать вздумал, то куда?

И зачем?

Если у него были камни, зачем ему отпускать мальчишку? А если камни закончились, то с чего шкатулку за собой таскать? И главное, все равно не понятно, как он ушел-то?

— Бекшееву сам доложишь. – Я разогнулась, понимая, что дальше оттягивать смысла нет.