Книга Не выпускайте чудовищ из шкафа, страница 80 – Екатерина Насута

— Так, что сам едва не издох.

— Это да… только зачем он потом, уже после войны, возвращался туда? Приятелей проведать? Цветочки на могилку возложить? А оттуда сразу на Дальний рванул, хотя мог бы в столице остаться. Выбрать любую бабу из тех, что за ним вились. Он же ж смазливый, только свистни. Но нет, на Дальний полез. А знаешь почему? Да потому что ни ты, ни Медведь, ни остальные… мы не задаем ненужных вопросов.

Это да.

И… могло бы быть правдой?

Могло бы. Мародерство… скажем так, не приветствовалось. Да и если бы поймал кто на грабеже, могли бы и под трибунал отправить. Но это если бы поймали.

А так…

Война. Всякого хватало.

— Думаю, они тогда много хранилищ… разминировали. А списки, чего там было, не всегда имелись. Так что… была у Барского нычка. Но ни одна не вечная. А к жизни красивой он привык. Поэтому, если бы ваш княжич предложил правильную сумму, Барский пошел бы навстречу.

Ник-Ник замолчал.

А я…

Тошно. Я и думать о таком не хочу, но не получается. Барский… он не знал про тот дом. Про трупы. Про… Зато мог решить, что мальчишку все одно выпустят. И если так, то какая разница, раньше или позже? Особенно если пара часов свободы может принести ему выгоду.

Я помотала головой.

— Проверить легко, – сказала спокойно.

— И как?

— Масло. Апельсиновое. На редкость цепкий запах. И если это Барский, запах на нем останется.

Только нам еще на побережье. Пока светло.

Бекшеев вздохнул.

— Княжича объявим в розыск. Благо повод имеется. К Барскому можно по дороге? Проверить? – Я кивнула. И Бекшеев продолжил: – Ты останешься здесь. Протоколы вчерашние оформи нормально. И отправь кого… кто тут еще остался?

— Тихоню? Молчун к вечеру вернуться должен, обратным паромом. Может…

— На паром княжич не сунется. Должен сообразить, что там его в первую очередь ждать будут. Есть… альтернативные варианты?

И на меня смотрит. А я что?

— Есть, – говорю. – Как не быть? Тут же рыбаки. И у каждого, считай, лодка. А до земли недалече. Так что, если денег нормально даст, доставят в лучшем виде.

В человеческую сознательность я не слишком верила.

— Хорошо… В таком случае нужно связаться с Лезинском. Ориентировку дать.

Бекшеев все же подошел к лестнице.

— Оставайся, – предложила я. – Ты этим вот и займешься. А я… попробую поискать место.

— Тогда его возьми. Не ходи одна.

Забота?

Скорее, разумная предосторожность.

— А протоколы? – влез Ник-Ник, он терпеть не мог писанину.

— Вернешься и оформишь.

Оставаться в участке Бекшееву совершенно не хотелось. Он должен был бы…

В том и дело, что он должен был связаться с Одинцовым, выяснить, что там с домом. И с князем. И рассказать, что сам – идиот. Покаяться. Хотя на хрен оно кому там это покаяние сдалось. Скорее уж нужно будет решить, как искать княжича.

Если он…

Нет, наверняка причастен. И помолчи Бекшеев тогда, мальчишка бы сидел спокойно, уверенный, что утром папенька найдет нужных людей и его отпустят.

Но Бекшеев заговорил.

И княжич понял, что еще немного, и бежать станет поздно. Вот и… подкупил? Наверняка. Только кого? Барский… мало информации.