Книга Клубничка для мажора, страница 5 – Бетти Алая, Полли Уайт

Я смотрю на ее сжатые кулачки, вздернутый нос, упрямую прядь волос, выбившуюся из хвоста и прилипшую к щеке.

И внезапно, совершенно неожиданно для самого себя, чувствую, как злость начинает уходить.

Ее сменяет какое-то другое чувство. Не интерес. Тем более не симпатия. Скорее… азарт. Да, именно азарт.

Эта дикарка посреди богом забытой деревни посмела бросить мне вызов. Мне. Денису Демину. Она не знает, кто я, ей плевать на мою машину, на мои связи, на мое положение. Мелкая видит только окурок и свинью, который его бросил. В этом есть какая-то дикая, первобытная честность. Сводящая с ума, но честность.

Я медленно выдыхаю и разжимаю руки, которые даже не заметил, как сжал в кулаки.

— Ладно, – говорю, и мой голос звучит уже беззлобно, скорее устало. – Хорошо. Ты победила.

Я поворачиваюсь, нахожу взглядом тот самый злополучный окурок. Делаю два шага. Приседаю, поднимаю его. Черт, вообще не помню, когда в последний раз поднимал что-то с земли. Подхожу к ржавой бочке с надписью «мусор» у входа в магазин и бросаю его туда.

Поворачиваюсь к ней. Она все еще стоит на своем посту, но выражение ее лица изменилось. Гнев сменился на полное, абсолютное, ошеломленное недоумение. Она явно готовилась к долгой и яростной битве, а не к капитуляции через тридцать секунд.

— Довольна? – спрашиваю снова, но на этот раз в моем голосе звучит лишь утомленная покорность. – Могу ехать дальше? Или есть еще какие-то правила поведения в этом заповеднике, которые я должен немедленно выучить?

Она открывает рот, чтобы что-то сказать, но не может вымолвить ни слова. Просто смотрит на меня, и я, наконец-то, вижу в этих ее глазах не только гнев. Там промелькивает растерянность. И любопытство.

— Ты… – начинает она.

— Я Денис, – перебиваю я ее. – Да, тот самый мажор из столицы. Буду тут мучиться неделю. Теперь мы знакомы. И я уже пожалел об этом.

Не жду ответа. Разворачиваюсь, захожу в машину, завожу двигатель. Она по-прежнему стоит посреди дороги, но теперь ее руки бессильно опущены.

Я аккуратно объезжаю ее, направляюсь к дому деда, адрес которого с горем пополам отыскал в навигаторе. В зеркале заднего вида вижу, как мелочь постепенно уменьшается, превращаясь в маленькое желтое пятнышко на фоне зеленых полей.

Качаю головой и громко, на весь салон, матерюсь. Какая же она стерва. Бешеная, нервная, деревенская стерва.

Но, черт возьми, это самое интересное, что случилось со мной за последние несколько месяцев. Глава 4

Ангелина

Стою посреди пыльной дороги, как вкопанная, и смотрю вслед этому… инопланетянину в навороченном джипе. Он уезжает, оставляя за собой облако пыли, а я все не могу прийти в себя.

Он поднял окурок.

Мажор, щегол в блестящей тачке, который смотрел на меня сверху вниз, как на букашку, вдруг развернулся, подобрал свою гадость и демонстративно швырнул ее в мусорку.

А потом еще и представился. «Денис. Буду тут мучиться неделю».

Я ожидала всего чего угодно. Хамства, насмешек, даже того, что он попытается на меня наехать. Но только не этой внезапной, почти театральной, капитуляции.

У меня весь праведный гнев так и остался нерастраченным. Клокочет внутри, и я чувствую себя полной дурой, стоящей с разинутым ртом посреди дороги.

— Ну и ну, Анжи, да ты его в клочья порвала, – слышу хриплый довольный голос. Из-за угла магазина появляется дядя Коля, местный автомеханик и главный новостной ретранслятор Прудищ. Он вытирает руки о замасленную тряпку и довольно ухмыляется. – Я уж думал, щас драка будет, а он взял и сдался. Респект тебе. Приезжего мажорика с потрохами!