Книга Сделка, страница 62 – Лейла Фэй

— Повезло тебе, – вздыхает Ида, и голос ее становится легким, дразнящим. – Ты получила все сливки, не выходя замуж.

Я замираю и резко поднимаю взгляд. Ида улыбается, обнажая ровные белые зубы. И все же в ее глазах целые озера гнева. Мы смотрим друг на друга, и через несколько мгновений она моргает, фыркает и начинает разглядывать свои ногти.

— Если услышите о ком-то… – начинаю я медленно. В горле так пересохло, что приходится прерваться и сглотнуть, чтобы продолжить говорить. – Если услышите о каком-нибудь мужчине, который… груб… с женой, скажите ей, чтобы пришла ко мне. Мой способ может не сработать, но… в основном работает.

Оля выглядит сбитой с толку. Но когда Ида поднимает взгляд, горькая улыбка на ее лице отражается и в глазах.

— Обязательно.

Не могу поверить, что именно Иде предложила держать мужа в узде так же, как помогала Богне. Ида мне не подруга. И все же вызывающий, надменный взгляд, который она бросает, не скрывает страха. Я знаю его. Видела в глазах моей подруги каждый раз, когда она приходила ко мне за новыми травами.

Я не должна предлагать помощь другой женщине. Не после того, что случилось в ночь на Купалу. Но слова вылетели прежде, чем я успела подумать. Потому что, если можно сделать хоть что-нибудь, я сделаю. Даже для Иды. И я даже не ошиблась с Пшемыславом: если бы не Воланд и его магия, мои травы сработали бы.

Я отгоняю эту мысль и вздыхаю. Достаю латунную мерную ложку, разделяю травяную смесь между двумя мешочками. Потом тянусь за двумя горшочками мази, которую приготовила к Купале. Богна обещала привести мне клиентов. И странным образом это сделала. От этой мысли к горлу подкатывает горький ком.

— Мешочки и горшочки вернете, – говорю я, вручая каждой девушке по набору. – Травы нужно заварить для ванны. Вскипятите отвар, дайте немного остыть и сидите в нем, пока вода не остынет. Потом нанесите мазь. На мужа тоже нанесите.

— На мужа… – растерянно расширив глаза, повторяет Оля.

— На всего? – говорит Ида, вскидывая бровь в насмешливом вызове. – Боюсь, ты дала нам слишком мало.

Я почти уверена: она знает, что я имею в виду, и просто хочет поддразнить. Я вздыхаю в раздражении – хочу, чтобы они уже ушли. Снаружи мир погружается в поздние сумерки, и я более чем готова к очередной ночи кошмаров.

— Нанесите на его мужское естество. Если будет возражать – гладьте с помощью этой мази, пока не кончит вам в руку. Это должно помочь.

Оля нервно хихикает. Ида закатывает глаза и встает.

— Спасибо. Проследи, чтобы у тебя был запас всего этого, потому что я пришлю к тебе других девок. Чеслава понятия не имеет, как лечить последствия Купалы.

— Или просто хочет получить от вас еще одну курицу, – бормочу я, закрывая за ними дверь.

Я знаю от Весны, что некоторые знахарки доят богатеньких клиентов. Прописывают то, что не поможет, лишь бы к ним возвращались снова и снова. Но Весна никогда так не поступала. Она относилась ко всем одинаково. И я тоже.

Я прислоняюсь спиной к закрытой двери, измотанная единственным разговором, и обдумываю то, что узнала от Иды. Даже еда не привлекает. Хуже всего то, что смерть Богны, кажется, каким-то образом искупила мою вину в глазах деревенских. Весна сказала бы ценить благословение внутри проклятия. Но я просто хочу, чтобы проклятие обратилось вспять. И с радостью вернула бы благословение обратно.