Онлайн книга «Дым над Берлином»
|
Фрау Рихтер понесло – ей даже не пришла в голову мысль, что Гуго вполне может быть информатором гестапо, которого она так страшится. — Вы бы слышали, как он этим кичился! – Она разрыдалась. – Рассуждал о том, что массовые расстрелы травмируют психику молодых солдатиков! Солдатиков, понимаете? Что один даже выколол себе глаз щепкой после того, что ему пришлось увидеть! — Да? – Гуго словно током ударило. – По-моему, вы преувеличиваете. — Я не шучу! Небе ездил в Украину, хотел посмотреть, как работают Еккельн и Раш. Тот мальчишка выколол себе глаз. Небе говорил, что едва успел его остановить, иначе тот выколол бы и второй! Он всякий раз приводил этот пример, когда хвалился тем, что нашел идеальное решение. Мол, чтобы солдаты не сходили с ума, он придумал взять душевнобольных из лечебницы, приказал замуровать окна в комнате, оставив два небольших отверстия, сквозь которые пустили выхлопные газы грузовика. Через несколько минут все были мертвы. Вы понимаете?! «Угадайте, кому они обязаны идеей газовых камер?» Это его слова! Выпустив пар, фрау Рихтер шмыгнула носом, грузно опустилась на стул и тихо добавила: — Но я не верю, что евреев убивают в этих самых газовых камерах. Кто на такое способен? — Мы, немцы, – коротко ответил Гуго. – Жаль огорчать вас, фрау Рихтер, но это правда. Я видел своими глазами. — Да пощадит нас Господь в таком случае. Когда война будет проиграна, никому из нас не спастись. * * * Гуго покинул управление с тяжелым сердцем. Он много лет проработал с человеком, которого глубоко уважал, а тот оказался всего-навсего еще одним бездушным винтиком в громадной нацистской машине. Остановившись посреди площади, он закрыл глаза, подставил лицо солнцу и задумался об отчаянном парнишке, выколовшем себе глаз. И как наяву увидел пустую глазницу Лукаса Эдера и штормовое море в оставшемся глазу. Как они все дошли до такого? Гуго не понимал. Уверен он был в одном: немцы сумели превратить Германию и весь окружающий мир в ад. И не важно, что ни Гуго, ни фрау Рихтер сами не пускали в камеры газ. Принцип сиппенхафта применим и к ним. 65 Увидев у подъезда своего дома людей в штатском, Гуго замедлил шаг. Один из них показал внутренний отворот пиджака со значком гестапо. Их еще разделяло несколько метров, и у Гуго возникло инстинктивное желание бежать. Потом здравый смысл возобладал: он ни в чем не виновен, о покушении знать не знал, и, даже если его арестуют за сотрудничество с Небе, неизбежно отпустят за отсутствием состава преступления. — Гуго Фишер? — Он самый, – ответил тот и заметил, что дверь приоткрыта. Значит, дома гости уже побывали. Он вспомнил о карточках, спрятанных под половицей, и похолодел. — Чем могу помочь? — Вы арестованы. — За что? — Вопросы здесь задаем мы. * * * Фотограф жестом попросил его чуть сдвинуться вправо и смотреть прямо в объектив. Фотоаппарат громко защелкал. Тем временем Гуго мучительно пытался понять, кто его предал. Ему сказали только, что он находится «под следствием». Он не сомневался, что никому не рассказывал о своих делах, кроме Эдмунда, Йоиля и Адель. Вспомнил о бумагах, которые Адель украла в Равенсбрюке и тщательно скопировала, чтобы задокументировать происходящее в лагере. Документы были секретные. Может, ее кто-то засек в «Шарите» и донес в гестапо? А их с ней часто видели вместе… |