Онлайн книга «Влюбленные русские девушки на фоне лазурного французского неба»
|
Появилась полиция. Кто-то бросил гранату. Площадь стало заволакивать белым, почти молочным дымом. Лена закашляла. Из носа и из глаз стала струями стекать вода. Она бросилась обратно к тому кафе, где были штрудели. Там внутри уже стояли люди, которые тоже спасались. Они смотрели на окна, наблюдая в молчании то, что творилось на площади Капитоль. Двери плотно закрыли, но кафе тем не менее быстро наполнилось белым непрозрачным облаком дыма. Все слегка кашляли. Это и есть слезоточивый газ? Лена вышла опять на площадь Капитоль, народ разбежался, а полицейские были почти не видны в облаках, тянущихся по земле. Метро было давно перекрыто, и Лена поспешила опять пешком к гостинице. Белое облако стало подниматься к ясным весенним небесам, потом оно изменило цвет на коричнево-желтый и помчалось по розе ветров. Лена вспомнила любимую фразу мамы, что только дурочки бывают влюблены в мужчину. «Я дурочка», – подумала она. Этот бородач волновал ее еще больше. Она хотела его видеть, обнимать и плакать (слезоточивый газ подействовал быстро), но вездесущая интуиция подсказывала ей, что она лицезрела его сегодня утром в последний раз. На небе росли и разметывались ядовито-коричневые облака. Номер в гостинице был почему-то закрыт. Она постучала. Пусто. Она кинулась в кафе «Монопри». Там были какие-то незнакомые желтые жилеты. В последующие 19 дней Алексиса никто не мог найти. Желтым жилетам было не до нее. Ее еле терпели при ночевках в номере, но не хотели отвечать на ее вопросы. Она исхудала на пять килограммов, перестала причесываться и умываться, дважды была на субботниках ЖЖ, но не видела нигде Алексиса. Она не знала, какое смс послать Лоре. Только перед посадкой по билету Тулуза – Марсель – Москва» в ответ на ее вопрос «Ты где? Нашла моего мужа?» она решилась написать: «Я не могла его найти. Возможно, его вообще уже нет». Впервые за 20 дней заснула она только в самолете, в окне которого плыли настоящие, нехимические, не желтые, а белые перистые облачка. Впрочем, это могли быть химтрейлы. Тогда тема химтрейлов еще не волновала общественность. Кто-то рядом с ней рассуждал по-французски о желтых жилетах, она вздрогнула при этих уже знакомых ей звуках. Надо бы спросить их об Алексисе. Она хотела обратиться к говорящим соседям, но они не поняли ее и заговорили почему-то о каком-то пожаре в соборе Нотр-Дам. Она только поняла, что президент хотел обратиться к желтым жилетам, но тут этот пожар и что-то отложено. Она хотела спросить детали, и, может быть, они сами тоже желтые жилеты и что-то знают про Алексиса Аристофф, она покажет им свой паспорт. Но почему-то вместо ее соседей в кресло справа сел Алексис, тоже усталый и измученный, как и она. Он нежно уткнулся своей шелковистой бородкой ей в плечо и, кажется, во сне пытался ее поцеловать. Наконец он положил свою голову потомственного русского аристократа на животик своей однофамилицы. Лена все глубже погружалась в сладкий сон и проснулась, только когда ее сосед – старичок кавказского вида – стал снимать свой чемодан с верхней полки над головой и больно ее задел, рассыпавшись в извинениях. Санкт-Петербург, июнь 2019 г.[4] |