Книга Купеческая дочь за горца не пойдёт, страница 75 – Татьяна Михаль

— Спасибо, доктор, – ответила с улыбкой, ожидая его слов, что я принята и мне нужно выходить хоть завтра…

— Не благодарите. Я вас не могу принять, – заявил он вдруг.

— Это почему? – опешила я.

Он покачал головой и вздохнув, пояснил:

— А потому, Марья Арсеньевна, что ваш отец мне этого поступка никогда не простит. Чем вы думали, приходя сюда? Вы хоть понимаете последствия своего решения начать работать?

Вот же чёрт! Он знает Марью?!

— Какие могут быть последствия, когда помогаешь людям? – проговорила недовольным тоном, стараясь скрыть панику и разочарование.

— Например, люди решат, что ваш отец терпит финансовые неприятности, или же держит свою дочь в голоде, раз ей самой приходится зарабатывать себе на жизнь.

Вот же нравы! В моём времени родители за радость бы отдали детей поработать, узнать, как трудно зарабатывать, а тут… вот же подстава.

Очевидно, на моём лице отобразилась гамма эмоций, потому что мужчина проговорил:

— Верно вы не подумали о своём батюшке, и как по нему ударит ваша выходка.

Честно, не подумала.

— Но, – продолжил он, – если вы действительно хотите помогать людям, а я понял, что знаниями вы обладаете, то наймитесь доброволицей в лечебницу на водах. Туда требуются сёстры. И в отличие от работы у частного доктора, работа в лечебнице не постыдна для купеческой дочери. И благородные девицы помогают раненным восстановить здоровье. Это выход, коли желаете практики.

Я широко распахнула глаза, удивлённая его советом.

Поблагодарила его и ушла.

Домой вернулась в приподнятом настроении. Мне хотелось петь и танцевать. Завтра же отправлюсь в лечебницу устраиваться доброволицей.

— Где ты была? – раздался папенькин голос, едва я переступила порог.

— За покупками ходила, – ответила рассеянно.

— И что купила?

— Э-э-э... – замялась я. Про сами покупки я как-то не подумала. – Не нашла ничего подходящего. Всё не то.

Папенька подозрительно прищурился, но допытываться не стал. Только буркнул:

— Князь будет через два часа, подготовься.

— Конечно, – ответила я. – Обязательно подготовлюсь.

И пошла наверх переодеваться.

* * *

— МАРЬЯ —

К ужину я готовилась с чувством, с толком.

Пелагея и другие служанки суетились вокруг меня, прихорашивали, и уже в третий раз перекалывали мне прядь, которая, по их мнению, «не так лежала».

— Барышня, ну что ж вы головой-то дёргаете? – причитала Пелагея.

Я позволила им скорее закончить с причёской.

Платье выбрала красивого жемчужного цвета из шёлка и атласа. Оно сидело на мне идеально, подчёркивая талию и плечи. Никаких кружев, розочек и бантов.

Губы я чуть тронула кармином, которым пользовалась ещё предшественница. Нашла его в её шкатулке. Марья явно любила всё яркое.

Когда спустилась в гостиную, папенька, уже при полном параде присвистнул.

— Ну, дочка! – выдохнул он и даже приосанился. – Вот это я понимаю! Сразу видно, что купеческая дочь! Хороша невеста!

— Невеста, которая всё думает, не сбежать ли ей, – пробормотала я едва слышно, но он услышал.

— Типун тебе на язык, – тут же осадил меня отец. – Князь через минуту будет. Будь любезна, не порти вечер. Он старается, видишь, как старается!

— Ага, старается, что я уже начинаю чувствовать себя недостойной его даров, – усмехнулась я.

Папенька закатил глаза и махнул рукой, мол, с тобой бесполезно нормально говорить.