Книга Навязанная жена. Несносный герцог для попаданки, страница 12 – Мария Шарикова

В малую гостиную я вошла без стука (всё же это был мой дом, и незваные гости, пусть даже и родственники, не могли лишить меня этого права). Седрик, как и следовало ожидать, стоял у камина в своей излюбленной позе - одна рука покоилась на мраморной полке, а его лицо казалось непроницаемо. При моём появлении он чуть выпрямился, и в его глазах промелькнуло нечто, что я не успела расшифровать - не то облегчение, не то тревога.

-Аннабелль,-произнёс он, делая шаг навстречу,-прошу прощения, что нарушил твои планы. Тётя и кузен заехали без предупреждения.

-Я уже слышала,-ответила я и перевела взгляд на гостей.

Леди Кавендиш сидела в кресле у камина, прямая, как натянутая струна, с той особой величественной осанкой, которая свойственна женщинам, привыкшим повелевать. Ей было около шестидесяти, её седые волосы были уложены в высокую причёску под кружевным чепцом, а голубые глаза смотрели на меня с цепким, оценивающим вниманием, от которого мне сразу захотелось проверить, всё ли в порядке с моим платьем. Одета она была в тёмно-лиловый шёлк, и на её груди поблёскивала брошь с крупным аметистом, единственная уступка украшениям, которую она себе позволила.

Рядом с ней, в кресле у окна, расположился молодой человек, в котором я без труда угадала Мортимера Уэнтворта. Ему было на вид лет двадцать семь или восемь, у него были светлые волосы, уложенные по моде, и приятное, открытое лицо, которое располагало к себе с первого взгляда. Возможно, именно поэтому я сразу почувствовала к нему лёгкое, совершенно иррациональное недоверие. Одет он был в тёмно-коричневый сюртук, сидевший на нём с той небрежной элегантностью, какая доступна только тем, кто не испытывает недостатка в средствах и не придаёт им большого значения. При виде меня он поднялся и отвесил поклон, не слишком глубокий, но достаточно учтивый, чтобы не упрекнуть его в фамильярности.

-Кузина Аннабелль,- произнёс он, выпрямляясь, и в его голосе прозвучало искреннее, как мне показалось, участие.-Вы не представляете, как мы рады видеть вас в добром здравии. Когда до нас дошли слухи о вашей болезни, матушка места себе не находила. Мы бы приехали раньше, но Седрик уверил нас, что вы поправляетесь и не нуждаетесь в сиделках.

-Седрик был прав,-ответила я, приседая в реверансе сперва перед леди Кавендиш, а затем перед её сыном.-Я вполне оправилась и не хотела бы никого обременять. Но, разумеется, я рада видеть вас, даже если ваш визит и застал меня врасплох.

-Мы не могли больше ждать,-подала голос леди Кавендиш, и её суховатый, хорошо поставленный голос прозвучал так, словно она зачитывала приговор.-Когда нам сообщили, что вы уже выезжаете и даже танцевали на балу у леди Уинтерборн, я сказала Мортимеру: мы должны увидеть её немедленно. Слухи слухами, но лучше один раз убедиться собственными глазами.

-И что же говорят слухи?-спросила я, опускаясь на диван напротив гостей и поправляя юбку с тем невозмутимым видом, который, как я надеялась, скроет моё внутреннее напряжение.

-Говорят,-леди Кавендиш чуть прищурилась,-что герцогиня Хартфорд стала совершенно другой. Что она больше не носит перьев и бриллиантов, не кричит на слуг и не устраивает сцен на балах. Что она проводит время в библиотеке, читает книги и улыбается вместо того, чтобы хмуриться. Согласитесь, это не те перемены, которых ожидаешь от женщины, пережившей горячку.