Книга Тайна мононокэ с холма Баккэ, страница 33 – Миюки Асаба

— Так долго?! – Самон отставил столик и придвинулся вплотную к хозяину дома. – Значит, так, Соитиро Янагида. «Госпожа Кикуё» живет с мужем в соседнем доме. Ты – одинокий холостяк. Как думаешь, не проще ли ей готовить один ужин на троих – на тебя, себя и супруга, – чем отдельно на тебя одного? Ты что, не понимаешь, зачем она каждый день приходит стряпать на твою кухню?

Соитиро как-то не задумывался, но, получается, был и такой вариант. Он отложил палочки и погрузился в размышления. И когда все понял, глаза его распахнулись как блюдца.

— Потому что… я настаиваю, что буду каждый день есть одно и то же?

— Именно так. – Самон снова занял свое место и вальяжно скрестил ноги. – Конечно, самураю не к лицу много болтать, но ты со своей молчанкой явно перегибаешь палку. Если б ты хоть словом обмолвился, что просто не хочешь ее лишний раз утруждать, О-Кику тут же бы тебя заверила, что ей вовсе не в тягость.

— Ты… прав! – с изумлением понял Соитиро и горько вздохнул.

Самон поглядел на него с назиданием:

— Надо же! Не отпираешься?

— Немедленно попрошу у нее прощения.

Мечник поднялся на ноги, но гость поспешно вцепился ему в рукав.

— Завтра, завтра извинишься! Они наверняка уже ужинают. Если вдруг к ним заявишься, у бедного мужа рис в горле комом встанет!

— Да?

— Да!

Соитиро сел на место.

Его и сестра часто бранила, мол, что он тот еще тугодум. Скорее всего, и соседи сторонились его потому же. Однако Соитиро таким родился и не знал, как исправиться.

Самон сложил руки в жесте благодарности за ужин. Мечник пристально изучал его лицо.

— Чего? Тебя пленила моя красота?

— Нет. Не пленила.

— Вот честное слово, ты просто уникум! – расхохотался, к вящему неудовольствию Соитиро, Самон.

Его бесило это легкомыслие. Но одновременно он чуть завидовал, как к этому лентяю тянутся все соседи.

Интересно, что же все-таки такое Эсима забыл в додзё?

В последний день перед приездом гостя Соитиро надумал привести неизвестную вещь в должный вид, проверил каждый уголок, но не нашел ничего даже отдаленно похожего. Разве что в чайном шкафу нашлись чашки учеников, но не поехал же он из самого Хамамацу за какой-то чашкой? Придется спросить при встрече.

Открыл Соитиро и чайницу. Сколько лет ее уже не трогали? Ко дну прилипло несколько почерневших листочков, из которых выветрился даже намек на аромат. С тех пор как в додзё остался один Исаму, они перестали пить чай после тренировок, и комнаты, где лежали все чайные принадлежности, не касались.

— За свежими листьями я сегодня схожу. Но что делать с угощением?

Наверное, Эсима приедет к обеду. Может, стоило попросить помощи у Кикуё, но мечник стеснялся причинять ей еще больше забот. А вместе с тем – не кормить же старшего товарища собственными рисовыми колобками? Оставался последний вариант: поесть в заведении.

Вся жизнь Соитиро протекала между домом, додзё и гимназией. Он не знал даже Кагурадзаку, ближайший квартал развлечений. Когда отец ходил туда выпить с учениками, то в качестве гостинца всегда приносил с собой коробочку суши. Но что, если тот ресторанчик, «Нонодзи», уже закрылся?

Мечник попробовал исподволь вызнать что-нибудь у дармоеда, который явно вел очень праздную жизнь, и тот вывалил на него целую гору каких-то непонятных западных блюд и названий, ни одно из которых в памяти у Соитиро не отложилось.