Книга Одиночка. Том 8, страница 81 – Дмитрий Лим

Паника начала захлёстывать зал. Люди вскакивали, кричали, кто‑то тянулся к оружию, кто‑то к телефонам. Обычная реакция людей, которые только что поняли, что они не венец творения, а корм для чужой мясорубки.

И тут встал Дима Крог.

Он больше не лузгал семечки. Золотой пиджак вдруг перестал казаться нелепым — он был как доспех этого нового, сумасшедшего мира. Дима был прагматиком.

— Так! — рявкнул он так, что эхо раскатилось по залу. — Слушайте все сюда!

Тишина. Все посмотрели на него.

Крог вышел в центр, поправил золотую цепь на шее и сплюнул на пол.

— Громов прав. Мы — скот. Но знаете, в чём разница между скотом и волком? — он обвёл зал взглядом. — Скот ждёт, пока его зарежут. А волк откусывает руку пастуху.

— Что ты предлагаешь, Дмитрий? — спросил Игнатий тихо. — Войну мы не выиграем.

— Какую, к чёрту, войну? — Крог фыркнул. — Громов, скажи им. Ты же тоже это понял, иначе бы не притащил эту флешку.

Я кивнул.

— Управление питает нас через пуповину, — сказал я. — Центральный Системный канал. Через него к нам идёт Системная дрянь, через него они считывают наши статы, наши уровни, через него они нас контролируют. И через неё они собираются нас выкачивать.

— И что? Перерезать пуповину? — Вяземский затрясся. — Мы же умрём! Без Системы ни один навык не работает! Ни один артефакт! Мы вернёмся к обычной жизни! А мобы…

— Не вернёмся, — я покачал головой. — Потому что у нас есть Истинные Порталы.

В зале снова повисла тишина, но на этот раз — тяжёлая, вдумчивая.

— Истинные Порталы — это не фермы Управления, — продолжил я. — Это двери. Двери в миры, которые они ещё не успели сожрать. В тех мирах есть дикая система, мана. И я — Ключ. Я могу эти двери открыть. Я могу напитать Новгород напрямую. Без Москвы. Без Управления. Без их насосов и золотых нитей. Дать нашему миру свою систему.

— Это сепаратизм, — Синицын побагровел. — Это измена Родине!

— Родина продала нас как трёхлитровую банку огурцов, полковник! — рявкнул я в ответ. — Москва — это не Родина. Москва — это офис Управления! Они не защитники. Они надсмотрщики!

Крог усмехнулся.

— Короче, господа дворяне. Выбор простой. Либо мы сегодня ночью умираем в своих кроватях, как послушные хрюшки, когда Ворон даст приказ о зачистке. Либо мы перерезаем канал, отрубаем Москву от нас и начинаем жить на автономном питании. Да, это война. Да, это страшно. Но это единственный шанс выжить.

— Но как же квесты? — пискнул кто‑то из молодых охотников. — Как же лут?

— К чёрту квесты! — Крог аж сплюнул. — Ты что, не понял? Они дают тебе квест убить десять крыс, чтобы ты разогрелся и выдал им маны на миллион! Ты для них — хомячок в колесе, идиот!

Вяземский тяжело опустился обратно в кресло. Его жирное лицо было серым. Он понимал, что его деньги, его акции, его влияние — всё это сейчас ничего не стоит. Если Управление решит «калибровать», его первая линия обороны — деньги — не поможет.

— Громов, — Вяземский вытер пот. — Ты гарантируешь, что твои Порталы нас прокормят?

— Я гарантирую, — сказал я, и Искра Пустоты внутри меня пульснула, подтверждая мои слова. — Я наполнял пустые миры. Я могу напитать один город. Я могу дать свою систему, и её хватит, чтобы сражаться с мобами.

Игнатий закрыл глаза. Он знал, что это начало конца. Того мира, который он знал. Но он также знал, что у нас нет выхода.