Книга Игра тайного Санты. Смертельный адвент-календарь, страница 53 – Пер Якобсен

О да, он ненавидит их не меньше, чем они его. Не надо иметь докторскую степень по невербальным сигналам, чтобы об этом догадаться: достаточно посмотреть, как он заставляет их писать в ведро, хотя сам пользуется туалетом за дверью в дальней стене котельной. Черт, будь их цепи хотя бы еще на три метра длиннее, они и сами смогли бы туда ходить…

Помимо той, что ведет в туалет, в комнате еще две двери. Одной он пользуется, когда приносит им еду. Она со стороны Хлои, но на другом конце стены. Последняя – сдвижная и висит на ржавом металлическом рельсе. При них он открывал ее лишь однажды, но Эбби и этого хватило, потому что даже короткий взгляд внутрь пробудил у нее панику. Оправданную, если темная блестящая лужа на полу была тем, чем ей показалась.

Хлоя у противоположной стены вздрагивает и ворочается, как будто мысли Эбби каким-то образом проникли в ее сон.

— Т-с-с, Хлоя, всё в порядке… Тебе просто снится.

Как только Эбби произносит эти слова, отчаяние впивается ей в сердце, будто злобный паразит, высасывая из нее все силы. Потому что это ложь. Ничего не в порядке. Их папа неизвестно где, вероятно, мертв, а мама… кто знает?

«Он знает, – думает Эбби, и слезы мутят ей зрение, превращая дверь, на которую она смотрит, в танцующее расплывчатое пятно Роршаха. – Этот психопат знает».

* * *

В первую секунду Эбби кажется, что крик, разбудивший ее, издала Хлоя. Но когда она смотрит на сестру, то видит, что Хлоя приподнялась на колени и выглядит такой же озадаченной, как она сама.

И когда мозг Эбби заново прокручивает и анализирует этот звук, ей становится ясно, что это не могла быть Хлоя. Потому что крик был мужской.

— Что случилось? – спрашивает Хлоя дрожащим голосом. – Господи, Эбби! Что тут творится?

Еще один крик – громче и определенно ближе – не дает Эбби ответить; волоски у нее на руках встают дыбом. В том числе и потому, что в этот раз ей удается разобрать в животном вое несколько слов.

Прошу, не надо больше! Умоляю!

Инстинктивно она косится на Хлою, проверяя, слышала ли та тоже эту мольбу. Хлоя выглядит встревоженной, но не сильней, чем раньше.

Раздаются новые звуки. Шаги, царапанье, удары и приглушенные всхлипы. Похоже, они идут из-за стены со стороны Хлои.

Едва Эбби додумывает эту мысль, как дверь открывается. Нет, это мягко сказано. Ее распахивают, после чего похититель врывается в комнату. Одной рукой он грозит Эбби, словно говоря: «Даже не вздумай!» А другой держит за ворот пожилого мужчину, которого волочит за собой по полу.

— Хлоя, не смотри! – восклицает Эбби, как только мужчина на полу оказывается в комнате. К сожалению, слишком поздно. Хлоя видит его – и краска мгновенно сходит с ее лица.

Мужчина на полу – Билл, хозяин охотничьего домика. В последний раз Эбби видела его, когда они прощались, получив ключи. Тогда он пожал папе руку на подъездной дорожке, а потом помахал им с Хлоей, стоявшим у окна в гостиной. Больше Билл этого сделать не сможет, потому что вместо кистей у него теперь два окровавленных обрубка. Они замотаны бинтами, но те прикрывают не все, и Эбби сразу видит, что на правой руке ампутированы все пальцы, а на левой остался только большой. В одном месте повязка сползла, и Эбби удается разглядеть под ней рану. Точнее, потрескавшуюся серо-черную корку. Потому что маньяк в лыжных очках, чтобы остановить кровотечение, прижег ее.