Книга Время ветра, время волка, страница 108 – Каролина Роннефельдт

В белом мареве над рекой что-то вспыхнуло, будто молнии прорвались сквозь плотные тучи. Взревело несчастное животное, явно раненое, и все леденящие кровь звуки растаяли в облаках над Зайчаткой.

Наступила тишина.

На крепостных стенах Фишбурга стояли дозорные – по одному на все четыре стороны. Стражу Винтер-Хелмлинги выставили с Волчьей ночи, потому что у них были на то веские причины. Прежде с наступлением темноты двое слуг с фонарями обходили мшистые крепостные стены, наслаждаясь видом и особенно закатом над равниной между Зайчаткой и Сверлянкой, а заодно и приятной беседой – если трубочный табак был ароматным, а погода хорошей, то почти всегда находилась и интересная тема для разговора.

До Волчьей ночи ни одному Хелмлингу не пришло бы в голову настаивать на том, чтобы караульные несли службу под надоедливым дождем, в особенно ветреные или морозные ночи. Если не ожидалось сильной бури, то какой-нибудь слуга сначала в сумерках, потом еще раз после полуночи ненадолго выглядывал из одной из башенных дверей и по традиции светил фонарем в непроглядную тьму. Если его встречал немилосердный северный или восточный ветер, если бил в лицо ледяной ливень, то страж немедленно удалялся за толстые стены замка, в тепло и уют.

Однако этот привычный и неторопливый порядок мгновенно изменился после Волчьей ночи, когда до Хелмлингов дошли вести о зловещих происшествиях, случившихся по всему Холмогорью, и особенно неподалеку от них, в окрестностях Сумрачного леса. Тишине и покою в полях вокруг замка тоже пришел конец: с крепостных стен по ночам видели, как в непривычном тумане мерцают загадочные огни, к которым лучше было не подпускать пони, чтобы не лишиться их. Раньше любой обитатель замка мог выйти в караул на крепостные стены под мерцающими звездами, но теперь только те, у кого хватало мужества и сил, осмеливались подвергать себя опасности, которая становилась все заметнее, хотя никто не знал, откуда она исходит.

Именно поэтому Левин, нынешний владыка Фишбурга, сразу после возвращения с заседания совета в «Старой липе» приказал увеличить башенную стражу с двух до четырех квенделей. Дозорные должны были сменяться каждые шесть часов, днем и ночью обозревая окрестности на севере, юге и востоке, но прежде всего на западе, где возвышались темные верхушки деревьев Сумрачного леса.

Не прошло и часа после раннего ужина в большом зале, а обитатели замка уже готовились отойти ко сну. Большинству из них еще предстояло сделать последние приготовления, поскольку на следующее утро они хотели как можно раньше отправиться в Баумельбург, прихватив и часть свиты. Внизу, во дворе, ярко освещенном множеством факелов, подготовились к отъезду четыре тяжело нагруженные повозки, украшенные к празднику. Чтобы защитить от непрекращающегося дождя, их поставили под широкий навес, тянувшийся во всю длину восточного крыла. Здесь же располагались конюшни. Слуги ухаживали за четырьмя великолепными пони, вычищая прекрасных животных до сверкающего блеска и вплетая серебристые ленты в их длинные гривы и хвосты.