Онлайн книга «Без твоей любви этот мир не для меня»
|
— Марина... — Да-да, я не слепая… Марина смотрит на меня. В её глазах — слёзы, которым она не даёт пролиться. — Я знаю, что ты с ними обсуждаешь меня. Знаю, что ты считаешь меня сумасшедшей. Знаю, что они мне пилюли какие-то прописали. Я, кстати, не пью теперь никакие таблетки. Не хочу стать овощем… Слушаю, охреневаю и злюсь. Злюсь на себя, что сам своими руками довел любимую до такого состояния. На врачей, что вместо помощи, еще больше загнали ее в угол. И теперь она ощетинивается, как щенок, которого хотят поймать сеткой. На Маринку, что не хочет слушать, слышать и понимать. Пусть не меня. Здесь понятно. Я сейчас ее триггер. Но… Врачей уж всяко могла бы и послушать… Пытаясь хоть как-то снизить градус накала Маринкиных эмоций, говорю твёрдо: — Я не считаю тебя сумасшедшей. Никогда не считал. Мариш, пони… — А что тогда? Мариха вскидывает голову и резко перебивает меня. — Что, Савва? Объясни мне. Я хочу понять. — Считаю, что тебе больно. Считаю, что тебе страшно. Считаю, что ты не заслужила того, что я сделал, — говорю сипло, потому мой голос срывается. — Считаю, что ты имеешь право злиться, кричать, ненавидеть меня. Но я не считаю тебя сумасшедшей. Слышишь? Я люблю тебя… Ты и дети самое дорогое, что есть в моей жизни… Пока объясняю то, что чувствую и знаю на самом деле, наблюдаю за женой. Марина молчит. Губы… Мои любимые губы дрожат. Слёзы всё-таки текут — по щекам, по подбородку, капают на больничную простыню. — Уходи, — шепчет Маришка. — Пожалуйста. Уходи. — Марин... — Уходи, Савва. Я не могу сейчас... Я не могу. Я сейчас начну кричать и ругаться… Не желая сделать любимой еще больнее, встаю. Иду к двери. Оборачиваюсь. Маришка сидит, обхватив колени, и плачет. Маленькая, худенькая, беззащитная. Моя девочка. Моя боль. Выхожу в коридор. Прислоняюсь к стене. Закрываю глаза. Она не сдаётся. Она не сломается. Она будет стоять на своём до конца. И я не знаю, как её переубедить. И можно ли вообще это сделать. Иду в отделение к психиатру. Он меня приглашал. — Савва Андреевич, — встречает врач приветливо, но в глазах — усталость. — Я хотел с вами поговорить. По поводу медикаментозной помощи вашей жене. — Слушаю, — отвечаю сухо и сажусь напротив. — Мы с ней каждый день общаемся, — он листает какие-то бумаги. — Я считаю, что пациентке обязательно нужно принимать лекарства. — Доктор, — обращаюсь резко. — Я не хочу, чтобы моя жена становилась овощем. Или зависимой от этих препаратов. — Это не такие препараты, о которых вы говорите. Врач смотрит на меня поверх очков. — Они просто стабилизируют состояние пациентки. Ваша жена перестанет быть нервозной, тревожной. Сможет по-другому посмотреть на всё, когда у нее не будет всплесков... — Я понимаю… Киваю, потому что снова вижу Марину и «бесовский» огонь в её глазах. — Делайте то, что нужно. С точки зрения врача — грамотно и правильно. — И ещё… Психиатр замолкает, собирается с мыслями. — Я разговаривал с пациенткой о том, что стало причиной... — Вы считаете, причиной стала ситуация с изменой и ребёнком? — уточняю, сам зная ответ на свой вопрос. — Безусловно, для любой женщины это очень серьёзная ситуация, — отвечает спокойно врач. — Она негативно влияет на психику даже здорового человека. Но… у вашей жены это всё наслоилось на детскую травму. Если бы её нервная система была более стабильной до этого, восприятие ситуации могло быть бы другим. Менее разрушительным. Хотя… |