Книга Хэвен, страница 102 – Том Диди

— Ладно! – разрыдался Коста. – Это О'Брайен! Я нашел его, а он ударил меня исподтишка. Он спятил, Дейл, клянусь! Это уже не тот парень. Он сказал… сказал передать тебе, что с него хватит, и чтоб ты держался подальше от него, от Билли и от Греймора.

Кроуфорд расхохотался.

— Он так сказал? – Он выхватил бутылку у Бадди, сделал глоток и протянул ее Косте. – Ну что, Бадди, как думаешь? Придется, наверное, оставить их всех в покое.

Бадди тоже расхохотался:

— Ага, может, нам вообще свалить из Хэвена, чтоб наверняка. – Он выдернул бутылку у Косты и припал к ней.

Кроуфорд свирепо взглянул на Косту:

— Может, ты просто становишься такой же ссыкливой жопой, как Брантли?

— Нет, Дейл, клянусь! Он просто застал меня врасплох, вот и все. В следующий раз мы его достанем.

Кроуфорд кивнул:

— Вот так-то лучше, Тони. Поехали, подлатаем тебя.

Развезя остальных по домам, Кроуфорд продолжил кататься по городу, прихлебывая остатки виски. Он знал: если вернется домой слишком рано, то это риск столкнуться с отцом. У Коди Кроуфорда были громкий голос и тяжелая рука. Иногда в руке был ремень, иногда – горящая сигарета. Но в последнее время все стало хуже. Почти каждый вечер отец был пьян, а издевки и побои выходили из-под контроля. Дейл ненавидел его, но еще сильнее боялся. Порой ему казалось, что отец сходит с ума. И Дейл был уверен: всему виной возвращение Греймора.

Когда алкоголь стал туманить мозг, в голове Дейла окончательно оформилась мысль: он сам сможет все исправить, если покончит с Греймором. В воображении он видел, как находит чудовище у озера вместе с очередной жертвой, так же, как когда-то сделал его отец. В своих грезах Дейл спасал ребенка и вступал с Греймором в смертельную схватку. В финале появлялся отец, который понимал, что произошло, заключал его в объятия и говорил, как гордится сыном.

Вернувшись в реальность, Дейл с ужасом понял, что стоит на Хиллвью-стрит – прямо напротив дома Греймора.

Шерил Перуа посмотрела на маленький сверток в руках и ощутила странный укол в душе. Это была печаль? Злость? Она не знала. Что бы это ни было, это чувство находилось где-то между сердцем и разумом. Она пришла к озеру с определенной целью, и теперь настал момент либо довести дело до конца, либо отказаться.

Сидя в тени высокой сосны, она смотрела на гладь озера – оно казалось таким умиротворенным. Шерил вздрогнула, несмотря на палящий зной, от одной только мысли о том, зачем она здесь. В этот миг ребенок в ее руках зашевелился и тихо всхлипнул. Она взглянула вниз и увидела, как новорожденный открыл фарфорово-голубые глазки.

«Он голоден, – мелькнула мысль. – Ладно, хотя бы покормлю».

Она приподняла рубашку и дала младенцу грудь. Ощущения все еще казались ей странными. В голове всплыли обстоятельства, которые привели ее к этой точке, и последствия ее поступков.

Как она кричала от наслаждения на заднем сиденье фургона Чака Брантли – и как кричала от боли, рожая ребенка, который появился после той ночи. Как Чак жадно целовал и ласкал ту самую грудь, к которой теперь приник его сын. И как Чак даже не подозревал о его существовании. Да и зачем? Он наверняка заявил бы, что это не его ребенок. Поэтому, узнав о беременности, Шерил просто бросила его.

Дважды она звонила в клинику, чтобы записаться на аборт, и дважды так и не смогла решиться.