Книга Книга Фейшеса, страница 71 – Жауме Кабре

По рукам?» Но больше всего тревожили Меркадера вовсе не такие пустяки, а то, что вся эта конспирация все неизбежнее затягивала его в тонкие сети и рано или поздно грозила задушить, и, чтобы чувствовать себя увереннее, ему необходимо было переговорить с Тонетом, чтобы тот подбодрил его, сказал ему, вперед, товарищ, ты герой. А Веревочка, заметив на его лице тревогу, добавил, а завтра, если вы не подведете, нам подкинут еще деньжат, это только задаток. Меркадер уже пришел в себя и хотел ответить, что ему за это денег не нужно, что он рад был служить общему делу, но промолчал, сам не зная почему. Кико явился вовремя, и с наступлением темноты они отправились в город, ни слова не говоря, и Меркадер первым набросился на приближавшегося к ним человека, который возник из мрака, когда они уже полтора часа прохлаждались. Он был уже готов все бросить и уйти, Кико, никто сегодня ночью не придет, это, наверное, подстава, но Кико шепнул, цыц, парень, слыхать что-то, заткнись, и точно, со стороны Манресы приближалась какая-то нескладная фигура, насвистывая куплет, как было условлено, и лезвие ножа в руке Меркадера не блеснуло, потому что ночь была темной. Тот даже не застонал, только рухнул как подкошенный. Ему показалось, что Кико стушевался, уступая ему инициативу. А потом бегство и единственное желание добраться до укрытия и ждать утра, чтобы открыть глаза и дышать. И он никогда не узнал, что Тонет Кабот, Тонет Нищета был смертельно ранен, но, увидев, что злоумышленники бежали, собрался с силами и пополз, зажимая дыру в животе ладонью, что он стонал, но откликнуться было некому, что силы оставили его, и кровь текла и текла через прорезанную в брюхе зловещую улыбку от железнодорожных путей до стен фабрики, что до него донеслось ворчанье новой собаки Пепа, и он подумал, что его услышали, и хотел крикнуть, но вместо крика изо рта у него хлынула густая кровь, почему-то горячая. Ему сказали: Меркадер хочет тебя видеть, он в трудном положении, нужна помощь, и он, не раздумывая, согласился, не заподозрив ничего, потому что чувствовал себя виноватым перед бедным Меркадером. Кровь заливала ему глаза, и он ничего не видел. Он потерял сознание от слабости, уже не чувствуя боли, и к полуночи душа его отлетела. Все это Меркадеру узнать было не суждено. А теперь на мир спускались новые сумерки, и сокрушенный убийца оплакивал свою беспросветную глупость, вспоминая слова Веревочки: «Сегодня ночью тебе заплатят сполна, Меркадер». Он внезапно решился: направился к двери, но передумал. Осторожно, бесшумно пересек комнату и открыл окно. Схватил решетку обеими руками и дернул со всей силой, которую ярость могла собрать в его руках. Вырвал железо с корнем и высунулся из окна, в слабом вечернем свете рассчитал прыжок. Думать особо не приходилось: было понятно, что приземлится он на кучу навоза. Никто его не услышал. Он углубился в рощу позади фермы и обошел дом на расстоянии. Занял позицию на перекрестке тропинки и главной дороги и стал ждать, как тогда, готовясь услышать топот копыт. Как только всадник замедлил ход, чтобы свернуть к ферме, Меркадер бешеным прыжком вскочил на круп коня.

Он стиснул шею человека в темном плаще одной рукой, а другой приставил ему к груди лезвие ножа. Сегодня оно-таки блеснуло, хотя и в слабом свете.