Онлайн книга «Нерушимые обеты»
|
Но заднюю дает именно она. Отводит взгляд, мотает головой и шепчет: — Вот дуреха… – Так нежно, что Полиных губ помимо воли касается улыбка, а души будто лучик теплого света. — У меня всё нормально. Не переживай… – на Полину просьбу Саба отвечает скептическим взглядом. Долго молчит, снова качает головой… Тянется через стол, берет в свою руку руку Полины и сильно сжимает, потряхивая: — Почему ты не с Гаврилой, дурочка моя? Ну почему ты не с Гаврилой? – в этом повторившемся вопросе столько сожаления и даже отчаянья, что у Полины начинает щипать глаза. Чтобы не расплакаться, она опускает взгляд в стол. Ей нужно немного времени, чтобы собраться. Ей снова хочется к нему в объятья. — Я до последнего верила, что вы воспользуетесь шансом. Я поэтому и предлагала тебе тогда… Я хотела, чтобы у вас повод появился… Полина и раньше это понимала, но признание Сабины делает больно от силы любви, которую она не заслуживает. — Не суждено, Саб… Нам просто не суждено, – Полина произносит, пожимая плечами, Сабина же тихонько ругается на языке, который Поля не знает. – Своим замужеством я довольна. Никита… – Тошноту вызывает даже упоминание его имени, но Полина научилась справляться. В отличие от Сабины, которая фыркает и отбрасывает руку подруги: — Ты ведешь себя, как типичная жертва насилия, Полина. Выгораживаешь этого мудилу, терпишь, прячешься... Но ты же его даже не любишь! Зачем ты за него цепляешься? Зачем тебе он, если есть твойГаврила? — Нет моего Гаврилы. Ему лучше будет без меня, – бесконечно повторять это про себя легче, чем озвучивать. Самой Полине плохо из-за того, насколько неправдоподобно звучит. Если бы ему было лучше без нее, он давно женился бы, нарожал детей и поселил их в Любичах. — Боги, как ты бесишь иногда, Павловская! Чего ты боишься? Объясни мне, чего? Он изменился, ты же сама видишь! С Марьяном расквитался, хоть что-то ему за это сделали? Нет! Потому что не могут! Ему никто и ничего не сделает! Понимаешь? — Рано. Придет время – отомстят. Полине хочется верить словам Сабы. Очень-очень хочется. Но она слишком хорошо знает этих людей. Слишком хорошо наконец-то поняла отца. Им нигде и никогда не спрятаться. Он их в покое не оставит, пока жив. Или пока она жива. — Я позвоню Гавриле. Скажу, что твой мудак… — Не смей, – Полина даже себя пугает тоном. Её глаза расширяются, тело цепенеет. Она отлично помнит, на что Гаврила способен в гневе. Она хочет, чтобы его попустило, и только потом тихонько уйти. – Я не прощу, Саба. Не смей. Сабина не привыкла к подобному тону, да и ультиматумами раньше они никогда не перебрасывались. Подруга Поли злится, у нее каменеет лицо, взглядом можно резать шелк, но первой сдается она. Снова тихо ругается и прижимается пальцами к вискам. Полине тоже иногда кажется, что голова сейчас взорвется. Она прекрасно понимает это состояние… — Я не понимаю тебя, Поль… За что ты так с собой? За что себя наказываешь? Мне кажется, ты сама себя убиваешь… — Тебе не кажется, – Полина снова вскидывает взгляд и улыбается. Встает из-за стола, не дождавшись заказа. Прижимается к щеке подруги не так, как при встрече, а дольше, позволяя почувствовать себе ее тепло, шепчет: – Так будет лучше. Прости. Не говори ему ничего, умоляю. Отрывается и уходит. |