Книга Горькая рябина, страница 103 – Василий Оглоблин

"Что за женщина, – думал Сергей Рудольфович, не в силах оторвать взгляда от ее пылающего прекрасного лица, – и умна, умна. Мне кажется, что я тоже начинаю влюбляться с первого взгляда."

— Говорите, как немой с глухим. Оригинально. Но не ново. Давайте рассуждать логично. Вот представьте себе, что в тихом, провинциальном чудесном городке Хороле росла прехорошенькая девочка, ходила в детский садик, была пионеркой, комсомолкой, окончила с золотой медалью среднюю школу и вдруг…

— Я никогда не была ни пионеркой, ни комсомолкой.

— Это отчего же?

— Я воспитывалась в христианской православной семье, где ложь и насилие считались грехом и злом, а правда, любовь к ближнему, милосердие и сострадание – добродетелью. Я воспитывалась на святом Евангелии и десяти заповедях спасителя нашего Иисуса Христа.

— Так, так. Это кое-что проясняет. Значит вы получили антисоветское воспитание, чем и можно объяснить ваши связи с фашистами.

— Не было у меня никаких связей, – сердито сказала Марина, – была только любовь к человеку. Обоюдная любовь.

— То, что в вас влюбился фашистский офицер – это понятно. В вас нельзя не влюбиться, в вас, наверное, влюблены все, знающие вас мужчины и юноши. Вы божественно красивая девушка.

— Женщина. Вдова.

— Позвольте узнать, отчего вы вдова?

— Потому, что мой муж убит.

— Где? Когда? Откуда вам это известно?

— Известно от человека, который написал вам этот донос на меня, – Марина презрительно усмехнулась, он тоже был влюблен в меня.

— Кто же этот человек?

— Как будто и не знаете. Но пожалуйста, я напомню вам о нем. Это Николай Степанович Радченко. Мой одноклассник и сосед. Муж спас его от неминуемой смерти. И вот в награду за свое спасение он убил его. Это – чисто по-большевистски, по-советски.

— Это очень интересно. Расскажите пожалуйста подробнее: как и где ваш муж спас этого Радченко?

— Николай – наш сосед, друг детства, мы вместе росли, вместе ходили в школу. Муж служил в орсткомендатуре Хорола, случайно узнал, что друг моего детства сидит в Хорольском лагере военнопленных. Он поехал с его матерью теткой Ганной в лагерь и освободил его. В награду за свое спасение Николай, убил мужа пятнадцатого декабря минувшего года при взятии города Черкассы. Это на Днепре. Муж по словам Николая был уже гауптманом и командовал батальоном. Об этом он рассказал мне за неделю до моего ареста и в доказательство дал мне мою фотографию, подаренную мужу перед разлукой. Николай любил меня, домогался моей взаимности. Вот и вся история, как видите все слишком банально.

— Откуда вам известно, что донос на вас написал он?

— Сердце подсказало. И интуиция.

— Удивительное у вас сердце. Впрочем, скрывать не буду. Оно вас не обмануло.

— Я и не сомневалась. Больше о нашей связи никто не знал. Я же сказала вам, что за все время оккупации Хорола я почти не выходила из дома, вела жизнь затворницы.

— Благодарю вас за искренность. И пока на сегодня довольно. Вы уже утомились. Будем считать, что первое знакомство с подследственной состоялось. Я многое узнал о вас.

Марина, давно не видевшая ни солнца, ни неба, на облаков с умалением смотрела в большое зарешеченное окно на островок чахлой травы в углу двора, на проплывающие по небу жидкие перистые облака. День наливался густым зноем. Удушливо пахло расплавленным асфальтом. Где-то на невидимой ветке звонко чирикал воробой. Следователь уловил ее взгляд, спросил участливо.