Книга Зловещая мелодия, страница 111 – Эрик Фуасье

— Женское сердце навсегда останется для меня terra incognita^[99], неразрешимой загадкой! – В блаженной улыбке Феликса Арвера, адресованной Аглаэ, читалось искреннее недоумение. С тех пор как они вдвоем заняли столик в «Парижском кафе» на пересечении бульвара Итальянцев с улицей Тебо, начинающий поэт, казалось, никак не мог поверить своему счастью.

— Почему вы так говорите, друг мой? – поинтересовалась прекрасная брюнетка.

Феликс, стараясь скрыть неловкость, тянул время – отставил бокал, из которого только что сделал глоток шампанского, протер салфеткой, переставил, потом обвел взглядом столики вокруг, сплошь занятые влюбленными парочками.

— Вчера, – заговорил он наконец, – когда вы пришли ко мне домой, вы говорили только о дружбе, о духовном родстве, и я уж было смирился со своей ролью случайного кавалера на время отсутствия вашего знаменитого Валантена. И вдруг вы приглашаете меня на свидание в одно из самых романтичных и чарующих местечек Парижа! Согласитесь, тут есть от чего прийти в замешательство!

Это заведение – на редкость изысканное, с обтянутыми алым бархатом банкетками, хрустальными люстрами, бесчисленными зеркалами и роскошно обставленными уютными залами – действительно было одним из самых модных в столице. Его давно облюбовали денди и литераторы-романтики. Даже эпидемия холеры не распугала прославленных завсегдатаев – сюда частенько захаживали Альфред де Мюссе, Виктор Гюго, Жерар де Нерваль и прочие знаменитости в галантной компании. После девяти вечера буржуазная клиентура покидала столики кафе и отправлялась в театральные ложи, а приватные кабинки занимали влюбленные парочки, как правило неженатые, и ворковали, как голубки, в покое и уединении. В отличие от других, менее дорогих заведений – к примеру, «Под синим циферблатом» на бульваре Тампль, – «Парижское кафе» не имело сомнительной репутации и, несомненно, было самым подходящим местом в столице для приятных знакомств и начала романтических отношений. Эрос и Дионис дарили его своей благосклонностью.

— Для ревностного почитателя Женщины с большой буквы, каковым вас называют, вы, сдается мне, плохо умеете читать в сокровенных глубинах ее души, – изрекла Аглаэ. Она поставила локоток на стол и подперла ладонью подбородок – эта поза лучше всего подчеркивала бунтарское выражение ее прекрасного личика. – Видите ли, мы, женщины, обожаем чувствовать себя желанными, но для нас мука мученическая позволить тому, кто привлекает нас самих, угадать, что он обрел над нами некую власть.

— Должен ли я расценивать это как…

— Я считала вас достаточно проницательным и деликатным, для того чтобы не требовать публичных признаний от женщины. Читайте намеки и знаки – они расскажут вам о зародившейся нежной склонности. Знайте при этом, что от мужчин я жду пусть не чрезмерного, но все же внимания, а инспектор Верн в последнее время слишком часто оставлял меня и вовсе без такового. Как гласит пословица, с глаз долой – из сердца вон!

Последние слова девушка сопроводила чертовски обольстительной улыбкой. Феликс уже не мог сдерживаться – он потянулся через столик и кончиками пальцев погладил руку Аглаэ, в которой та держала бокал.

— Ах, Аглаэ! – томно вздохнул молодой человек. – Вы и представить не можете, как отрадно это слышать! Стало быть, я могу надеяться?..