Книга Снежный Лотос для Небесного Судьи, страница 84 – Ан Синьи

Раздался оглушительный звон. Потолок Тронного Зала разлетелся вдребезги, щепки дождем посыпались на головы министров, и в зал начали спрыгивать гибкие, быстрые, одетые в зеленое фигуры, в их руках блестели зеркальные клинки.

— Убить их всех! – взревел Гунсунь. – Никто не уйдет!

Зал погрузился в хаос. Министры визжали, прячась под столами. Гвардия Императора, застигнутая врасплох, пыталась построить стену щитов. Я действовал, повинуясь чутью.

— Ледяной Барьер! – выкрикнул, выбрасывая руки вперед. Стена из прозрачного сверхпрочного льда выросла перед троном, отсекая Императора от нападающих. – Ваше Величество, прячьтесь за мной! – скомандовал я, создавая меч изо льда.

Первый убийца прыгнул на меня. Я встретил его ударом клинка, замораживая кровь в жилах еще до того, как противник коснулся пола. Началась резня.

Лин Юэ

Внутренний Дворец Императрицы напоминал райский сад, застывший во времени. Несмотря на зиму, здесь цвели пионы и хризантемы, а воздух был теплым и влажным благодаря подземным горячим ключам, проложенным под землей.

В центре сада в открытом павильоне из розового мрамора собрались «цветы» столичного общества. Жены министров, знатные госпожи и фаворитки гарема в шелках, золоте и драгоценных камнях, от блеска которых рябило в глазах.

Во главе восседала Императрица, прекрасная холодной, отстраненной красотой. Ее набеленное до состояния фарфоровой маски лицо не выражало никаких эмоций. Высокая прическа удерживалась десятком золотых шпилек. Я села в конце стола, чувствуя на себе множество колючих взоров.

— Так вы и есть та самая… Лин Юэ? – протянула жена Министра Церемоний, полная женщина с веером из перьев цапли. – Дочь торговца, которая вскружила голову нашему неприступному Судье?

— Говорят, ваш отец сошел с ума, – подхватила молоденькая наложница. – Какое несчастье. Это наследственное?

Они засмеялись, прикрываясь рукавами и переглядываясь друг с другом. Я все осознала – это травля. Мне нельзя показывать слабость, иначе сожрут.

— Мой отец болен, – ответила спокойно, делая глоток пустоты (я лишь касалась губами чашки и не пила). – Но его безумие безобидно. Куда опаснее безумие тех, кто считает, что происхождение заменяет ум.

Благородные девы задохнулись от возмущения, веера захлопали быстрее. Мои слова никому не понравились, даже Императрице. Но меня беспокоили не их шпильки и возмущения. Когда я вошла в зал, то сразу почувствовала, что за мной наблюдают не только «цветы». Меня беспокоили зеркала.

По всему саду между благоухающими кустами были расставлены высокие бронзовые зеркала в человеческий рост, которые должны были зрительно расширять пространство и создавать видение бесконечного сада, но я чувствовала, что они делают что-то другое.

Всякий раз, когда я отводила взгляд, мне казалось, что отражения двигаются с опозданием. Что в глубине бронзы кто-то стоит и смотрит на меня. Взгляд был липким, холодным, полным ненависти и пробирался под кожу, заставляя волоски на руках вставать дыбом. «Садовник, – поняла я. – Он здесь и наблюдает. Значит, у Министра есть еще подельники».

— Лин Юэ. – Голос Императрицы прервал мои мысли.

Я подняла глаза. Владычица Поднебесной смотрела на меня без злобы, ее лицо показывало только усталость и какое-то странное кукольное выражение.