Книга Снежный Лотос для Небесного Судьи, страница 85 – Ан Синьи

— Вы не пьете чай, – заметила она. – Вам не нравится мой выбор? Это Слезы Феникса, редчайший сорт.

— Прошу прощения, Ваше Величество. – Я склонила голову. – Я просто наслаждаюсь ароматом.

— Выпейте, – настойчиво произнесла Императрица. – Это чай примирения. Отказ я восприму как неуважение к Трону.

Служанка поднесла мне новую дымящуюся чашку. Фарфор был тончайшим, почти прозрачным. Жидкость янтарного цвета пахла медом и орхидеями.

Все смотрели на меня, тишина в павильоне стала звенящей. Я взяла теплую чашку, но что-то было не так. Мое чутье алхимика, обостренное годами выживания, кричало об опасности. Но запах был чистым, яды так не пахнут.

Решила использовать свой главный козырь, который позволял мне выживать все это время. Прикрыла глаза на кшану, концентрируя ци в глазных нервах. Мир потерял краски, все стало серым, призрачным, силуэты дев превратились в светящиеся контуры меридианов.

Посмотрела на чашку в своих руках. Жидкость светилась болезненным ядовито-зеленым светом, а в центре, среди чаинок, плавал крошечный полупрозрачный червь, который извивался, выпуская тонкие нити щупалец в воду.

«Паразит культа, – пронеслось в голове. Я достаточно изучила свитки в библиотеке мужа, запоминая уловки Садовников. – Червь Подчинения. Если я выпью его, то он присосется к моему духовному ядру и я стану послушной куклой».

Перевела взор на Императрицу, ее духовная суть показалась странной. В районе сердца и головы пульсировали темные сгустки. Она уже была отравлена? Или ее контролировали?

— Пейте, – приказала Императрица, и ее губы двигались неестественно, словно ими управлял кукловод.

Моргнула, возвращаясь в цветной мир. Пить нельзя, а отказаться – значит вызвать гнев стражи, которая стоит по периметру. Придется создать хаос. Я поднесла чашку к губам, и рука якобы дрогнула.

— Ах!

Чашка выскользнула из пальцев и ударилась о край стола, горячий чай брызнул во все стороны, заливая скатерть и платье сидящей рядом жены Министра Церемоний.

— О Небо! – взвизгнула та, вскакивая. – Мое платье! Ты, неуклюжая деревенщина!

— Простите! – Я тоже вскочила, опрокидывая стул. – У меня… судорога…

— Стража! – рявкнула Императрица. Ее лицо исказилось гневом, который показался мне слишком наигранным и резким. – Схватить ее! Она посмела испортить торжество!

Два гвардейца в золотых доспехах двинулись ко мне. Отступила на шаг, рука скользнула в рукав, нащупывая иглы.

— Ваше Величество, – громко сказала я. – Посмотрите на стол!

Там, где пролился чай, белая скатерть начала чернеть, а роскошный букет пионов, на который попали брызги, завял. Лепестки скукожились и осыпались серым прахом.

— Яд! – закричала одна из наложниц. – Она хотела отравить нас!

— Нет, – перекричала я ее. – Это чай был отравлен!

В этот момент земля под ногами содрогнулась. Глухой, мощный удар, похожий на взрыв, донесся со стороны Тронного Зала. Зеркала в саду задрожали.

— Что происходит? – Императрица встала, ее напускное безразличие треснуло.

И тут зеркала ожили, поверхность бронзы пошла волнами, как вода, в которую бросили камень. Из зеркал начали выходить существа в масках, сделанных из древесной коры. В руках они сжимали кривые клинки.

— Садовники… – прошептала я.

— Убить их! – раздался шипящий голос из ниоткуда.