Книга Серена, страница 152 – Рон Рэш

Серена кивнула Гэллоуэю, который стоял у единственного выхода на ринг, закрытого секцией ограды. С силой толкнув секцию, однорукий создал проем – небольшой, но вполне достаточный. К тому времени, как Хэмби и другие зрители поняли, что происходит, Серена уже ступила на ринг.

— Уберите ее оттуда! – крикнул циркач одному из своих артистов, но Гэллоуэй предостерегающе сверкнул лезвием ножа.

— Ей решать, когда выйти, а не тебе, – рявкнул он.

Напоследок еще раз поговорив с птицей, Серена сняла клобучок. Противники увидали друг друга одновременно: дракон прекратил расхаживать и замер в центре ринга, орел же опустил голову и вывернул шею. Пока двое кровожадных хищников разглядывали друг дружку, между ними словно протянулась связь, порожденная в глубинах древности.

Серена вскинула кулак, и беркут неловко перелетел через ринг, чтобы усесться на кромке ограды в дальней части ринга, где не горели ни лампы, ни факелы, а тени были глубже. Когда птица пролетала над головой дракона, тот сделал выпад вверх с быстротой и ловкостью, которые никак не вязались с внушительной массой его тела.

— Еще дюймов шесть, и все бы кончилось, не успев начаться, – понизив голос, сообщил Снайпс Стюарту.

Почти минуту орел просидел на сетке, не двигаясь, но и не отрывая взгляд от дракона, который продолжал вразвалочку мерить центр арены короткими шагами. Хотя Серена так и не покинула ринг, перегородив собою единственный выход с него, рептилия не обращала на нее ни малейшего внимания.

— Мне казалось, что драконы – огнедышащие твари? – шепнул Стюарт Снайпсу.

— Давным-давно так и было, – тихо ответил бригадир, – но им пришлось отказаться от огня ради выживания. Эволюция, знаешь ли.

Стюарт склонился к уху Снайпса:

— Как же так? Это ведь очень мощное оружие – выдыхать пламя…

— Чересчур мощное, – пояснил Снайпс. – Они сжигали все мясо на костях у своей добычи. И жили впроголодь.

Когда дракон в третий раз развернулся, чтобы пройтись по центру ринга, орел простер крылья и ринулся вниз, чтобы мощными когтями впиться в морду рептилии. Дернув головой из стороны в сторону, дракон не только стряхнул с себя птицу, но и лишил ее горстки перьев – однако когти успели пронзить ему глаза. Птица отчасти отпрыгнула, отчасти взлетела на прежний насест, заняв наблюдательный пост на кулаке у Серены, в то время как ослепленный ею противник с разбегу врезался в металл ограждения, заставив всю конструкцию содрогнуться. Развернувшись, дракон устремился назад; его хлещущий по сторонам хвост вздымал с земляного пола клубы соломенной крошки. Пробежав по рингу, чудище врезалось в противоположную секцию ограды всего в паре футов от того места, где стояла Серена, но ни птицу, ни ее хозяйку бешеный натиск дракона ничуть не смутил. Они сохранили спокойствие и после нового удара, который заставил ограждение ходить ходуном.

— Этой загородке его не удержать! – крикнул кто-то из артистов ярмарки, чем немедленно вызвал давку среди части зрителей: они устремились к выходу из шатра и, в паническом порыве выбегая в ночь, едва не обрушили опорные столбы.

Хэмби навалился на ограду всем своим тучным телом, и кольцо металлической сетки зашаталось, грозя и вовсе развалиться. Владелец ярмарки между тем вскинул вверх обе руки, призывая своего бойца продолжить борьбу.