Книга Наследница Джасада, страница 226 – Сара Хашем

Пока я бежала, с топора все еще стекал его ихор^[33], и я почувствовала, как горела кожа под моей одеждой в местах, где ко мне прикасался ниснас. Вещество, покрывавшее его тело, разъедало ткань и обжигало кожу, поэтому я быстро остановилась, чтобы оттереть его.

Следующую милю я словно таракан лавировала между разрушающимися зданиями и зарослями. Когда аль-Анкаа отбрасывал четкую тень, которая предупреждала меня о его приближении, я старалась спрятаться, и при следующем его появлении нырнула в открытый дверной проем. Под моими ногами хрустнули остатки семейного очага, и я увидела, как посреди руин дома теперь возвышалось огромное дерево. С его ветки свисала детская погремушка, а у корней валялась сломанная детская кроватка. По полу вокруг корней дерева шла рябь, словно от камня, упавшего в тихую воду. Что должны были сделать Низал и другие королевства с Джасадом, что укрывшиеся здесь джасади предпочли такую смерть, сочтя ее более милосердной альтернативой? Какие ужасы были причинены джасади, если они решили быть поглощенными лесом? Они объединили свою магию не для того, чтобы спастись, а для того, чтобы уничтожить деревню на своих условиях.

Пока я углублялась в монумент смерти, под моими ногами хрустело стекло. Я думала о том, как выглядел Джасад в момент своей гибели, если таковы последствия вторжения армий в случайную деревню.

– Бегство не было для них выходом, –сказала Ханым.– Низал однажды уже выгнал их из собственного дома, и они не желали, чтобы их выгнали из другого.

Я подняла лоскут, оторванный от цветного стеганого одеяла, на котором было вышито кошачье тело, золотые крылья и даже пернатая голова китмира.

Они цеплялись за Джасад, вышивая на одеялах его символ, даже после того, как королевства не стало.

— Прошу прощения за беспорядок, – сказал мужчина, прислонившийся к дереву. – Я не ожидал посетителей.

Я выронила ткань из своих рук, и мое удивление быстро сменилось тревогой. Подняв топор, я огляделась вокруг, проверяя, нет ли в стенах дыры, через которую я могла бы пролезть. Я проклинала себя за то, что забралась так далеко. Приближающийся ко мне мужчина выглядел совершенно непримечательно. Он мог быть как болтливым торговцем или развратным членом королевской семьи, так и бродягой. Его лицо было слишком невыразительно, будто художник нарисовал основные черты человеческого лица и забыл их дополнить.

— В этом нет необходимости, – приветливо сказал он, показывая на мой топор. – Только не с твоей восхитительной магией, которую ты можешь использовать вместо него. – Несколько секунд я пыталась сообразить, что мне делать, а он усмехнулся, увидев выражение моего лица. – Неужели ты думала, что я ее не почувствую? О, я так давно не пробовал магию на вкус. Я искал небольшое лакомство, а мне предстоит настоящий пир.

— Кто ты такой? – Я подняла топор выше, держа его между нами, и попыталась отойти в сторону.

— Я голодный, – сказал он. – Вообще-то я умираю с голоду. Так же, как и ты. Твой голод я тоже чувствую. – Он двинулся ко мне, оставаясь совершенно невозмутимым, когда я предупреждающе взмахнула топором.

— Раньше я предпочитал магию Лукуба, ведь в Джасаде всегда было слишком много проблем, но теперь магия Лукуба исчезла.

— Во мне нет магии, которую ты бы мог поглотить. Чем бы здесь ни пахло, этот запах исходит из этой комнаты. – Я взглянула на дверь, до которой мне оставалось несколько шагов.