Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 30 – Диана Фурсова

— Мастерская на Верхней набережной отдала почти даром, — рассказала Рейса. — Их старший портной сказал, что хочет увидеть лицо госпожи Дорн, когда она узнает, из чего сшито платье.

— Он не согласился поставить имя под передачей, — добавила Ивелла. — Зато женщина из мастерской у речного рынка дала расписку. Её зовут Олина Крей. Сказала, что гильдия месяц не принимает её работу, потому что она отказалась повысить цены вместе со всеми.

— Запишем, откуда получен каждый кусок, — решила Ярина. — Если платье будет признано безопасным, никто не должен обвинить нас в краже материалов.

Они разложили отрезы по оттенкам и плотности. Работа, которая при обычных условиях заняла бы несколько дней, началась сразу. Ивелла проверяла каждый участок на растяжение и решала, где он выдержит нагрузку. Рейса переносила бумажные детали, отмечала направление нити и ставила на изнанке номер. Ярина меняла выкройку так, чтобы самые короткие куски становились не заплатами, а частью общей композиции.

Первый собранный клин оказался слишком тяжёлым с одной стороны. Пришлось распороть два соединения и заменить дымчато-серый участок более плотным синим. На втором клине разница оттенков выглядела случайной. Ярина переставила детали, добиваясь, чтобы цвет постепенно темнел от центра к краям.

К полуночи на столе лежала половина юбки. Серебряные швы расходились по ней, как реки на карте, а разница тканей создавала глубину, которой не было бы у цельного полотна.

— Впервые вижу платье, которому пошло на пользу отсутствие денег, — сказала Ивелла.

— Не отсутствие денег, а точный раскрой, — возразила Ярина.

— Разумеется. Деньги всё равно были бы полезнее.

Рейса заснула на сложенном плаще, не выпуская из руки коробку с булавками. Ивелла накрыла её куском полотна и отправила Ярину отдохнуть хотя бы два часа.

— Я не усну.

— Тогда полежите с закрытыми глазами и не мешайте мне заканчивать швы.

Ярина поднялась наверх. В комнате было холодно, но дождь пока не начинался, и временные доски над потолком держались. Она легла, не снимая рабочего платья, и почти сразу провалилась в тяжёлый сон.

Разбудил её стук в дверь.

За окном только серело. Внизу Тарвель разговаривал с Ивеллой. Он приехал в старом чёрном камзоле без серебряной вышивки и привёз два документа: копию распоряжения о совместной печати супружеского плаща и предварительный ответ из дома Аркейнов.

— Воротник исправляла мастер Оделла Фейн, — сообщил он, когда Ярина спустилась. — По книге её вызвали вчера утром. Но привратник утверждает, что женщина прибыла в закрытом экипаже и не показывала лица. Печать была настоящей.

— Где сама Оделла?

— Она заявила, что уже девять дней не покидала гильдейские мастерские и камзола не видела.

— Значит, кто-то воспользовался её печатью.

— Или она лжёт.

— Ты проверил её слова?

— Двое учеников и надсмотрщик подтвердили, что она работала при них. Этого недостаточно, но пока прямых доказательств против неё нет.

Тарвель заметил собранную часть юбки. Он подошёл к столу и провёл взглядом по серебряным соединениям.

— Это материалы разных мастерских.

— Гильдия запретила отдать нам оплаченный отрез.

Золотистое свечение в его глазах стало ярче.

— На каком основании?

Ярина протянула уведомление.

Он прочитал его до конца.