Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 28 – Диана Фурсова

— Сегодня я потребую передать супружеский плащ из хранилища гильдии под совместную печать Совета. Его больше не смогут распарывать или исправлять без свидетелей.

Она сжала пальцы на краю стола. Обнаруженный в её сундуке обрезок оставался тайной, однако впервые Тарвель сам сделал нечто, что могло сохранить доказательство.

— Мерравия станет возражать.

— Пусть возражает письменно.

— Не думала, что когда-нибудь услышу это от тебя.

— Я тоже.

Он ушёл в рабочем плаще, оставив дорогой камзол в мастерской. Ярина проводила его взглядом только до двери, после чего вернулась к выкройке Овейны. Двух суток было мало даже при наличии материала. Без него срок становился почти невозможным.

К полудню выяснилось, что нужного материала у них больше нет.

Рейса вернулась от поставщицы серебряной нити с пустыми руками и смятой распиской. Следом за ней вошёл мальчик из складского ряда и положил на стол запечатанное уведомление Императорской гильдии ткачей.

— Госпожа Лейр отказалась выдавать остаток заказа, — сообщила Рейса. — Сказала, что пришло запрещение.

— Что именно мы должны были получить? — спросила Ивелла.

— Тёмную основу, которую она обещала привезти со склада, и оставшиеся катушки серебряной нити. Всё уже оплачено, кроме последнего взноса после приёма. Я показала расписку, но госпожа Лейр даже не вынесла свёртки.

Ярина прочитала уведомление. Гильдия приостанавливала передачу любых материалов, предназначенных для работы на спорном родовом источнике, до завершения проверки. Внизу стояла печать Мерравии Дорн.

— Они не отменили договор, — заметила Ярина. — Просто запрещают отдать товар до проверки, которая состоится после приёма.

— Значит, когда платье уже станет не нужно, — сказала Рейса.

— Деньги вернут? — спросила Ивелла.

— После рассмотрения поставки гильдейской комиссией. Срок не указан.

Ивелла перечитала бумагу и тихо выругалась, избежав слов, которые Рейса могла бы повторить на людях.

— Основа, которую мы купили вчера, годится только для внутреннего слоя. Из неё нельзя сделать верх платья. Она слишком грубая и не удержит серебряный рисунок.

— А материала в мастерской?

— Подкладка, небелёное полотно и несколько старых кусков, из которых даже приличный рукав не выкроишь.

Ярина раскрыла шкафы, хотя уже знала их содержимое. На верхней полке лежали полосы серого сукна, короткий отрез тёмно-синей шерсти и несколько лоскутов разной плотности. В сундуке сохранились обрезки подкладки. Ни один кусок не был достаточно большим даже для половины юбки Овейны.

— Можно вернуть заказ, — произнесла Ивелла. — Отдать двойной задаток мы не сможем, но госпожа Раст хотя бы успеет надеть старое платье.

— И мастерскую опечатают, — добавила Рейса.

— Лучше потерять станок, чем отправить заказчицу на приём в плохо сшитом наряде.

— Плохо сшитого наряда не будет, — сказала Ярина.

Ивелла посмотрела на пустые полки.

— Из чего вы собираетесь его шить?

Ответ появился не сразу. Ярина перебирала короткие отрезы, сопоставляя цвет, плотность и направление нитей. Тёмно-синяя шерсть подходила для центральной части лифа, серо-голубая — для боковых деталей. Угольный кусок можно было разделить на узкие полосы, но ни один материал сам по себе не решал проблему.

На прежней работе такие остатки складывали в коробки, отдавали для мелких деталей или выбрасывали. Здесь дорогая ткань тоже не исчезала бесследно, но столичные мастерские считали отрез короче локтя неподходящим для церемониальной одежды. Платье знатной женщины должно было демонстрировать богатство, а богатство выражалось прежде всего в цельных полотнищах без лишних соединений.