Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 33 – Диана Фурсова

До начала обсуждения Овейны к Ярине поднялся писец Совета.

— Госпожа Дорн требует остановить представление платья. Она утверждает, что мастерская нарушила запрет на использование неучтённых материалов.

— Все расписки приложены к журналу.

— Ещё она считает, что соединённые отрезы не могут называться церемониальной тканью.

Ивелла тихо произнесла:

— В правилах нет такого определения.

— Именно это я и передала, — сказала Ярина. — Если госпожа Дорн хочет спорить о вкусе, пусть делает это после выступления.

Писец ушёл. Внизу Мерравия получила ответ и повернула голову к галерее. С такого расстояния выражение её лица трудно было различить, но серебряный челнок на груди блеснул, когда она резко выпрямилась.

Император вошёл без долгой церемонии. Он был моложе большинства членов Совета, собравшихся вокруг него, и носил узкий венец вместо тяжёлой короны. До официальной коронации оставалось двенадцать дней, поэтому зал уже украшали серебряными полотнищами и знаками императорских домов.

Обсуждение пристаней началось с доклада лорда Севрена Кайра, одного из тех, кто требовал ограничить полномочия Овейны. Он говорил о древних обычаях, достоинстве знатных домов и необходимости передать часть управления мужчинам, способным представлять интересы столицы.

О работе причалов он не сказал почти ничего.

Овейна стояла у края зала, спокойно слушая. Серебряные линии на её платье оставались тусклыми.

— Госпожа Раст, — обратился к ней император, когда доклад закончился. — Вы ознакомились с прошением?

— Да, ваше величество.

У воротника вспыхнула первая тонкая линия.

— Вам предлагают сохранить почётное место при речном управлении, передав ежедневные решения совету из представителей знатных домов.

— Почётное место не разгружает суда и не укрепляет причалы перед подъёмом воды.

Серебро потекло по лифу. В зале зашевелились. Несколько человек подняли головы, следя за рисунком.

Лорд Кайр попытался перебить:

— Никто не отрицает ваших прежних заслуг. Речь идёт лишь о том, что столь значительная часть торговли не должна зависеть от решения одной женщины.

Овейна достала из кармана первый лист.

— За последние три года восточные пристани приняли на шестую часть больше грузов, чем при прежнем управлении. Среднее время разгрузки сократилось почти на треть. Все сборы перечислены в казну в установленный срок. Если мои решения сочтут неверными, я готова ответить за каждое из них. Но прошение не содержит ни одного расчёта, доказывающего пользу передачи управления вашим родственникам.

Серебряная карта развернулась на юбке. Линии, прежде скрывавшиеся в швах, соединили тёмные части платья в единое светящееся русло. Каждый поворот ткани показывал новый участок пристаней.

Ярина почувствовала, как Рейса рядом перестала дышать, и тихо толкнула её локтем. Девушка выдохнула, не отрывая взгляда от зала.

— У нас есть опытные люди, — возразил другой проситель.

— Назовите хотя бы одного, кто руководил разгрузкой во время весеннего подъёма воды.

Ответа не последовало.

Овейна вынула вторую бумагу.

— Трое предложенных вами управляющих никогда не служили на пристанях. Один из них два года назад потребовал построить склад ниже отметки разлива. Второй предложил сократить ночные смены в самый загруженный месяц. Третий не различает речной сбор и плату за хранение.