Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 27 – Диана Фурсова

— Можно узнать, что должен делать знак?

— Только опытным путём, — ответила Ярина. — А испытывать его на тебе я не стану.

— Если нить уже соприкасалась с одеждой, действие могло начаться раньше.

— Могло. Но мы не знаем, требуется ли для него слово, прикосновение, определённое место или церемония. Пока лучше не надевать камзол снова.

Он кивнул, не пытаясь спорить. Рейса принесла старый рабочий плащ, который они использовали, когда поднимались на протекающую крышу, и протянула Тарвелю.

— Другого у нас нет.

Дорогая светлая рубашка, строгие тёмные брюки и потёртый плащ с пятном мела на плече сочетались плохо. Овейна оглядела дракона и произнесла:

— Теперь вы наконец похожи на человека, который пришёл в работающую мастерскую.

— Я постараюсь пережить это испытание, — сухо ответил он.

Рейса отвернулась к шкафу, но плечи её задрожали от беззвучного смеха.

Ярина отделила небольшой участок скрытой нити вместе с кусочком внутренней прокладки. Когда она поднесла его к серебряному образцу Овейны, линии на ткани снова вспыхнули. Они не усиливались от голоса и не повторяли прежний рисунок: свет двигался поперёк речных протоков, будто пытался перечеркнуть их.

— Два разных свойства столкнулись, — сказала Ивелла. — Платье должно слушать владелицу, а эта нить пытается навязать ему другое направление.

— Значит, это приказной знак? — спросил Тарвель.

— Похож на него, но я не стану утверждать без проверки. Для отчёта достаточно указать, что неизвестная нить воздействует на испытательный образец и не связана с конструкцией камзола.

— Я передам её Совету.

Ярина сразу накрыла отделённый участок листом бумаги.

— Нет.

Он поднял взгляд.

— Это моя одежда.

— А образец получен в моей мастерской во время испытания, за которое я отвечаю. В соглашении записано, что ты не можешь изымать материалы без решения Совета.

Несколько мгновений они смотрели друг на друга. Овейна не вмешивалась, но в уголках её губ появилась едва заметная усмешка.

— Ты сама настояла на этом пункте, — произнёс Тарвель.

— Именно поэтому помню его содержание.

— Хорошо. Образец останется здесь. Я запечатаю его как гарант, а ты внесёшь в журнал условия обнаружения.

— И имя человека, который принимал камзол после исправления.

— Я выясню.

Ярина ожидала, что он потребует уединённого разговора или задаст новые вопросы о том, откуда у Лиорены появились знания, которыми та прежде не обладала. Вместо этого Тарвель взял перо и записал время обнаружения, состояние воротника и имена всех присутствующих. Затем поставил печать на бумажном свёртке и попросил Ивеллу подтвердить, что скрытая нить не выполняла обычной портновской задачи.

Он учился не подменять проверку собственным решением. Пока медленно, под пристальным наблюдением и только после совершённой ошибки, но Ярина всё же заметила перемену.

Овейна уехала, забрав исправленный пробный лиф и обещание получить готовое платье к следующему вечеру. До императорского приёма оставалось меньше двух суток.

Тарвель задержался у двери.

— Я распоряжусь, чтобы камзолы, подготовленные для моего дома, больше не принимали без записи имени мастера и времени доставки.

— Это следовало делать всегда.

— Да.

В его ответе не было ни раздражения, ни попытки напомнить, что глава драконьего рода не обязан отчитываться перед бывшей женой. Он посмотрел на спрятанную нить, затем на Ярину.