Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 25 – Диана Фурсова

— В церемониальном платье?

— Они не испортят линию.

— Портной с Верхней набережной утверждал, что карманы делают женскую фигуру тяжёлой.

— Плохо расположенные карманы делают тяжёлым любое изделие. Хорошие позволяют владелице не искать человека, который носит её вещи.

Овейна одобрительно кивнула.

Для проверки магического рисунка Ярина закрепила образец у воротника пробного лифа и провела серебряные нити по намеченным линиям. Они ещё не составляли цельного узора, но уже показывали направление будущих речных протоков.

— Говорите, — попросила она.

Овейна начала с подготовленной приветственной фразы. Серебро светилось слабо. Когда она перешла к цифрам грузооборота, линии стали ярче. Затем Ярина попросила её произнести утверждение, с которым та не соглашалась.

— Я благодарна знатным домам за их бесценные советы по управлению пристанями, — сказала Овейна таким ровным голосом, что слова могли показаться искренними.

Рисунок не погас полностью, но заметно потускнел.

— Значит, ткань всё-таки распознаёт ложь? — спросил Тарвель от двери.

— Нет, — ответила Ярина. — Она сравнивает голос с первым образцом. Госпожа Раст может произнести неправду уверенно, и линии засветятся. Сейчас она намеренно говорила чужими словами, поэтому изменила привычную опору голоса.

— Можно научиться обманывать рисунок?

— Вероятно.

— Тогда в отчёте нельзя называть его знаком правды.

— Я и не называла.

Тарвель записал её ответ без замечаний.

На второй проверке Овейна должна была говорить, двигаясь по комнате. Ярина следила, не меняется ли отклик от шага, поворота или дыхания. Серебряные линии сохраняли яркость, пока голос оставался устойчивым. Значит, ткань действительно слушала владелицу, а не положение тела.

Овейна остановилась перед зеркалом.

— Сделайте рисунок менее похожим на украшение. Я не хочу выглядеть так, будто на меня высыпали коробку серебра.

— Линии будут начинаться почти незаметно у воротника, проходить по лифу и расходиться на юбке, как карта речных рукавов. Когда вы заговорите уверенно, они станут видны целиком.

— Карта настоящая?

— Можно использовать расположение ваших пристаней.

Овейна повернулась к ней.

— Тогда люди, которые захотят отнять у меня управление, увидят на платье именно те места, которыми никогда не занимались.

— Именно.

Заказчица согласилась на замысел. Ивелла сняла пробный лиф, Рейса понесла его к столу, а Ярина убрала булавки в коробку. Тарвель подошёл ближе только после того, как Овейна снова надела дорожный костюм.

— В старых записях говорится, что родовые ткани откликаются на намерение карты и на обещание владельца, — сообщил он. — Но там нет сведений о сохранённых голосах.

Ярина взяла папку.

— Кто составлял записи?

— Мастера Совета в разные годы. Последняя проверка станка Вейров была проведена сорок три года назад.

— До того, как он перестал работать?

— Да. Тогда источник признали безопасным, но ограничили создание тканей, способных удерживать приказы.

Её пальцы остановились на странице.

— Почему?

— Такие нити могли заставлять одежду выполнять заранее заданное действие. Стягиваться, менять форму, закрывать лицо владельца, мешать движению.

Овейна взглянула на серебряный образец.

— Моё платье не начнёт затягивать воротник во время речи?

— Нет, — сказала Ярина. — Мы не задаём ткани действие, направленное на тело. Только изменение рисунка.