Книга Мужчина в тени, страница 37 – Мария Воронова

Она дочитала стихотворение и задумалась. Вроде бы она мало в чем отказывает Егору, но он не так уж много просит. Книги? Но он знает, что она поощряет чтение. Друзья? Тоже она сто раз говорила, чтобы приводил приятелей в дом, когда хочет, места хватит всем. А вдруг у сына есть желания, которые он боится высказать вслух, чтобы не разрушить образ примерного ребенка? И как с ним теперь об этом говорить, не сделавшись мамашей, которая лезет в душу, не сняв сапоги? Сложно все, грустно…

А с котом было бы проще, вдруг хмыкнул тоненький внутренний голосок. Сейчас бы он здесь носился по шкафам, а они бы всей семьей наблюдали и умилялись. А потом бы устал, молочка попил, устроился бы у кого-нибудь на коленках и заурчал. А они бы спорили, кого кот больше любит. Бог его знает, совпадение это или закономерность, но в тех семьях, которые жили в радости, обязательно был питомец. Ирина нахмурилась, припоминая. Да, без исключения. В натужно-идеальных никогда не было, а в безалаберно-счастливых непременно, и часто даже не один. Хотелось бы верить, что у нее семья все-таки второго типа.

«Ира, не выдумывай! — перебил другой внутренний голос. — У тебя трое детей, какие коты! За животным надо ухаживать, а ты с людьми едва справляешься, вон, посмотри, тебе ужин готовит Гортензия Андреевна! В твоих обстоятельствах заводить животное безответственно и глупо! Это вот пусть старые девы котиков заводят, а тебе есть о ком позаботиться!»

Этот внутренний голос был, безусловно, прав. Животное будет страдать рядом с двумя маленькими детьми. Но так было бы здорово вживую увидеть усатую-полосатую морду…

Ирина вытянулась на кровати рядом с малышами. Лежать с ними было так хорошо и бездумно, и ей хотелось, чтобы Егор тоже пришел, но он занят чем-то важным и вообще слишком взрослый для всего этого.

Хлопнула входная дверь, это пришел Кирилл. Ирина хотела его встретить, но жаль было тревожить Володю с Женей, так удобно устроившихся возле нее, поэтому она лежала и слушала, как Кирилл в коридоре снимает ботинки и в самых галантных выражениях приветствует Гортензию Андреевну и восторгается ее пловом.

На долю секунды Ирине стало стыдно и страшно, что божественный плов готовит не она, и за это Кирилл немедленно ее разлюбит, но тут муж вошел, поцеловал сразу их всех троих, и наваждение прошло.

— Намечается царский ужин, — сказал он, стягивая рубашку через голову, и Ирина невольно залюбовалась его мускулистой спиной. Заодно подумала, что после двоих родов подряд в ней самой вряд ли найдется чем любоваться, но мысль эта не слишком опечалила.

Гортензия Андреевна сообщила из кухни, чтобы Кирилл не слишком обольщался, плов будет готов только через час, и только Ирина хотела казнить себя за то, что не ждет супруга и повелителя с горячим ужином, как Кирилл натянул рубашку обратно и сказал, что это очень даже хорошо, он как раз сходит за арбузом. Заодно и аппетит нагуляет, и детей прогуляет.

— Егор, идешь? — крикнул он в коридор, и снова Ирина задумалась, хочет ли сын на улицу или просто понимает, что Кириллу одному с двумя маленькими детьми тащить арбузы будет несподручно.

— Давай я схожу, — предложила она, надевая Жене курточку.

Воспользовавшись тем, что брат отвлекся от трактора, Володя тут же схватил и прижал к груди любимое транспортное средство.