Книга Серый кардинал империи: Путь в чины, страница 97 – Dimash Suleimen

Как только речь зашла о финансах, Степан по привычке решил отойти в сторону: — Пойду я, пожалуй. Дела у вас… Но Алексей железной хваткой вцепился в его рукав: — Куда собрался? Там и твоя доля есть.

— С чего бы это? — Степан удивленно захлопал глазами. — Я ж ни копейки не ставил.

— Слушай, что старшие говорят, и садись, — строго осадил его Алексей. Степан нехотя опустился на камень. Алексей вкратце обрисовал ситуацию с тотализатором и кивнул Кинюше: — Давай, казначей, выкладывай расчеты.

Кинюша мигом протрезвел окончательно. Он уселся по-турецки, выудил из-за пазухи квитанции и принялся загибать пальцы: — Считай сам. Пять унций серебра ставили с коэффициентом один к девяти — это сорок пять. Еще сорок унции ставили один к четырем — это сто шестьдесят. Итого двести пять. Но половину выигрыша от второй ставки надо отдать Диме… Значит, у нас остается…

— Сто двадцать пять унции, — мгновенно выдал Алексей. — Нам с тобой по тридцать, остальное — Степану.

— Вполне справедливо, — философски заметил Кинюша. Хоть ему и было немного жаль расставаться с такой суммой, он понимал, что это «легкие деньги», свалившиеся с неба.

Но Степан вдруг уперся: — Нет. Я в деле не участвовал, серебром не рисковал. Не возьму я ваши деньги.

Алексей покачал голову: — Мы так решили еще до боя. Без твоего похищения не было бы этой авантюры. Ты больше всех пострадал, тебе и львиная доля.

— Бери, не раздумывай, — ухмыльнулся Кинюша. — А то этот философ ночью спать не будет, совестью мучиться станет.

Степан стоял на своем: — Если отец узнает, что я чужие деньги взял, он с меня кожу спустит. — Его аж передернуло от этой мысли. — Точно говорю, убьет.

— Да что ты такой правильный? — хмыкнул Кинюша. — Не говори ему, да и делов-то.

Степан помрачнел: — Не умею я врать. Батя на меня посмотрит — и сразу всё поймет.

Алексей знал, что Степан — парень честный до мозга костей и переубедить его в лоб не получится. Он задумчиво потер подбородок и предложил: — Давай тогда так. Я через пару дней планирую арендовать лавку на торговой улице. Твоя доля пойдет как стартовый капитал. Будем вести дела вместе, на паях. Это всё лучше, чем тебе всю жизнь в поле спину гнуть.

В глазах Степана блеснул интерес. Он даже не спросил, чем именно они будут торговать, а просто радостно воскликнул: — Тогда я у тебя приказчиком буду! Только за еду, жалования не надо!

— Еще чего! Ты будешь полноправным соучредителем, — рассмеялся Алексей. — Убытки пополам, прибыль тоже пополам. Идет?

Степан, наконец, смущенно пробормотал: — Там видно будет… — что на его языке означало согласие.

Кинюша, видя, как лихо его друзья строят планы на будущее, не выдержал: — Эй, а что за бизнес? Меня-то в долю возьмете? Или я только для выжимания мандаринов гожусь?

Алексей Морозов ответил с самым беспечным видом: — Поглядим сперва, — проговорил он. — Ввяжемся в то дело, где барыш вернее.

— Послушай, Стёпа, нам бы лучше не соваться в это, — покачал головой Кинюша. — Тех денег, что у нас есть, с лихвой хватит, чтобы год безбедно кормиться.

— А я верю Алёшеньке! — твёрдо отрезал Стёпа-верзила. И, немного сконфузившись, добавил: — К тому же, охота мне, наконец, человеком стать, дело какое справить.

— Какое же дело? — изумился Кинюша.