Онлайн книга «Я и баб(к)а, я и маг»
|
Зоя засобиралась и ушла. К трем часам ночи я поняла, что не засну. Это означало, что не высплюсь, собью режим, который и так давался мне нелегко с моей склонностью к бессоннице. Я села в кресло, включила ноутбук и начала смотреть сериал. Однако, отвлекаясь на шум и пьяные вопли, снова и снова включала фильм сначала. С вязанием, которое обычно меня успокаивало и навевало сон, тоже не сложилось. Кошка Дуся смотрела на меня с тревогой из своего домика. Даже ее трехнедельные котята распищались. — Чтоб тебя! — не выдержала я, грозя потолку вязальной спицей. — Вот честное слово! Не посмотрю, что ты несчастная дурында — прокляну словом Измайловых! Коро-о-ова! Была у нас в семье такая легенда: что вроде как имелись в роду настоящие ведьмы с даром проклятия. Но я, конечно, ни в какие такие мифы не верила. Так сказала, без веры в то, что сбудется, в сердцах. Потом пожалела, разумеется. Не надо было так злиться. От злобы ничего кроме злобы не рождается. Внезапно шум затих. Я наконец добралась до кровати и крепко заснула… — Уы-ы-а-а… Ва-а-а… Сначала я не поняла, кто издает эти звуки. Тем более, где-то рядом опять плакал ребенок. Я помнила, что заснула в кровати, но теперь под головой было что-то твердое. И руки. Я ощущала холод пальцами. А потом поняла, что это я — пытаюсь что-то выговорить, но не могу — и похолодела внутри. Неужели инсульт? Где врачи? Кто плачет? Я в приемной больницы? На скорой привезли? Кто открыл дверь врачам? Зоя, наверное. У соседки были ключи от моей квартиры. Она кормила Дусю, когда я уезжала, и поливала цветы. Я попыталась возмутиться: какого черта пожилую женщину оставили на холодном? Выдавила какое-то: «Гы-ы-ы-к…» «Точно инсульт, — подумала расстроенно. — Не речь, а мяуканье какое-то. И голова болит, как будто её иглой пронзают». Сказать ничего не получалось. Сердце колотилось как бешеное. Почему-то воняло какой-то кислятиной. А голосок рядом начал причитать: — Тётушка… тётушка… ну очнись, ну пожалуйста… Не умирай! Пожалуйста, не умирай! Что же буду без тебя делать, совсем одна⁈ Тётушка! Наверняка, в больнице не оказалось мест в палатах, и меня положили в коридоре. А какой-то ребенок волнуется за тётю. Но почему-то потрясли меня, а не незнакомую мне тётушку. Рыдания усилились, совсем близко. Мне на лицо закапало мокрым. — Чтэ-э-эу? — удалось выговорить мне. — Тётушка! — воскликнул голосок прямо над ухом. — Ты меня слышишь? — Уэ-э-э… угу-э-э… — более уверенно отозвалась я. — Что с тобой? Ты стояла и упала. Я думала, ты умерла совсем! — Врау-ча, — с трудом выговорила я. — Я уже сбегала к доктору… Фро-фр-фру…, — всхлипнул невидимый ребенок, проговорив какое-то непонятное имя. — Его жена сказала, что он… он… очень пьян. Как протрезвеет, так и придет. — Оу-шень ми-и-ло, — простонала я. Да что у них за больница-то! Буду жаловаться. Но скорее всего, тут и помру — в этом сумрачном… липком и вонючем месте… Говорить тем не менее стало полегче. К ощущениям добавилось некоторое осязание. По крайней мере, я почувствовала, что пальцы на обеих руках липнут к какой-то поверхности. Попыталась открыть глаза… и сразу их закрыла. Так, это явно не больница. И не моя квартира. Надо мной грязный потолок с паутиной. Где-то сбоку — пятно света. Я лежу… лежу на полу. Видимо, упала. |